Наследие Святой Руси. Памятники древне-русской письменности
 
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Наслѣдiе Святой Руси
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Раздѣлы сайта

Святые Кириллъ и Меѳодiй
-
Книги старой печати
-
Патерики и житiя святыхъ
-
Великiя Минеи Четiи
-
Церковно-учит. литература
-
Творенiя русскихъ святыхъ
-
Стоянiе за истину
-
Исторiя Русской Церкви
-
Церковный расколъ XVII в.
-
Исторiя Россiи

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - пятница, 15 декабря 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 10.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

СТОЯНIЕ ЗА ИСТИНУ

Преп. Максимъ Грекъ († 1556 г.)
Слово на латиновъ, яко нелѣть есть ни единому приложити что, или убавити въ Божественномъ исповѣданіи непорочныя христіянскія вѣры
[1].

Меда глаголютъ врачевстіи сынове, съ естественною сладостію своею, и силу имѣти нѣкую среднѣ бридостну [2], такожде и очищательну. Сего ради и язвы нечистыя к неудобь исцѣльныя симъ растворенымъ очищаютъ, наипаче же иже въ сихъ искусни суть, такоже и во очищательныхъ питіихъ, зѣло потребнѣ отъ нихъ примѣшается, зане различіемъ цвѣтовъ, отъ нихъже сбирается, чюднѣйше имать качество. Томуже убо подобно обрѣтеся она краткая епистолія твоя, яже ко мнѣ написана бысть, о пречестнѣйшій и зѣло мнѣ превозлюбленнѣйшій господине Ѳеодоре! духовною бо сладостію всюду услаждена и утучнена, не токмо вкусъ разумный души видится наслаждающи, но пострѣцаетъ тайнѣ, и аки бридостнѣ нѣкоимъ чиномъ воставляетъ къ просвѣтлѣнію, сирѣчь, ко отвѣщанію ума нашего во мнозѣмъ нерадѣніи. Или не видится тебѣ довольнѣ быти кусательно, да не глаголю зазирательно, еже рещи явленѣ къ мужу православными напитательну догматы отъ младыхъ ногтей чистыя и непорочныя православныя вѣры, неподобно быти таковыми епистоліями, сирѣчь Николаевыми, взыскати и украшатися, въ нихже азъ воистину толико отстою наслаждатися, елико и въ смертоносныхъ врачеваніихъ насыщатися и наслаждатися. Но человѣка онаго мудрость отъ многихъ слышавъ удивляему, и яко Ѳеодору вопрошанія нѣкая искушательнѣ пославшу къ нему, и разрѣшенія о тѣхъ отъ него просившу, художнѣйше той и зѣло муддрѣйше благосоставное слово противу отсла, хотѣхъ и азъ пчеламъ поревновати, лѣтающимъ убо по всякимъ цвѣтомъ, но не отъ всѣхъ събирающимъ медъ. И наипаче зане и Ѳеодора въ православіи знаменита, и многимъ во истину разумомъ украшена, слышахъ, уже въ сію стезю шествовавша, и того слышатель и зритель хотѣлъ быти, а не и ученикъ, или молчащъ хвалитель, якоже и прочіи. Еже бо о семъ молчати въ толико время, явленое обличеніе есть, еже мнѣти содержимая въ немъ веліимъ хваламъ достойна, по глаголу, Христово Рожество сущее убо и первое, молчаніемъ да чествуется, но сія убо сице, и къ толику, краткословіе бо вездѣ потребно есть. Ты же, о прелюбезнѣйшая ми главо! къ прекословію воставляя мя содержимыхъ главъ въ немъ, веліе что бремя возложивъ на мя, да вѣси. Сіе же глаголю не зане изъявленія Николаева имѣютъ глубину, мала бо сія суть и немощна, яко и паучиннымъ тканіемъ уподоблятися, но зане ниже дыхати убо имѣю празности, объятъ въ трудѣ преведенія Псалтыри, егоже ради отреклъ бы убо твое прошеніе, не аще отъинудѣ ревность, яже о истинѣ, внутренняя моя обращающа, почивати не попущаше, яко убо да не зрится лжа противу истины, и тьма противу свѣта хвалится, и да познаеши и ты прочіи словомъ и дѣломъ, яже ничтоже Максимъ храмлетъ во извѣстнѣйшей ѳеологіи богоносныхъ отецъ, но и пачеже ненавидитъ и отвращается всѣхъ еретическихъ велерѣчій и латинскія послѣднія новины и суесловія, бодренѣ вкупѣ и зѣло любезнѣ на сей подвигъ совлекуся, надежди моя положивъ на подвигоположителя Бога и Спаса Христа и свѣтоподателя, и духовными просвѣтѣніи и отеческими учительствы, расточити тщуся сопротивную египетскую тьму пресвѣтлымъ свѣтомъ апостольскіа истины, тьма бо воистину осязаемая и мгла глубока, яже богодохновеному евангелію, и иныхъ богоносныхъ отецъ духомъ глаголемыми учительствы, не согласующія, рукояти паче плевныя, неже учительства, и суть и нарицатися достойна суть. Аще бо свѣтъ Господь нашъ Iсусъ Христосъ, и животъ и истина, въ Немъ бо, рече, животъ бѣ, и животъ бѣ свѣтъ человѣкомъ, и свѣтъ во тьмѣ свѣтитъ (Іоан. 1, 4), смерть убо и лжа явственая и тьма осязаемая суть извѣстно сопротиву вкупѣ вся еретическая лганія, яже не отъ приснотекущихъ источникъ разумнаго Израиля востекающія, отъ нихже пѣсни составляти Господу Саваоѳу отъ пророка повелѣвашася, глаголющаго: въ церквахъ благословите Бога, Господа отъ источникъ Израилевъ, но отъ рововъ мутныхъ воскипающая къ пагубѣ и удавленію воспріемлющихъ утробахъ.

Но время уже есть воздвигнутися къ разоренію высотъ возвышаемыхъ, якоже божественный апостолъ глаголетъ, на познаніе Спаса Христа, не колесницами и коньми уповающе, сирѣчь, ложными изъявленіи, и какова суть въ нихъже кичатъ аристотельстіи философи, но во имя Господа Бога нашего призывающе, якоже блаженый псалмопѣвецъ поетъ, зане надѣющимся въ колесницахъ и конехъ сокрушеніе и паденіе случается, тіи бо, рече, спяти быша и падоша, а во имя Господа Бога призывающимъ, востаніе и исправленіе благовѣствуется; мы бо, рече, востахомъ и исправихомся. Речетъжеся мнѣ не на вся Николаева изъявленія, — не возможно бо есть мнѣ сіе совершити нынѣ, и яко преди рѣхъ, — но на та, еликаже не страшится, отъ Божественнаго Параклита присносущномъ присхожденіи, дерзостнѣ зѣло и помышляти и глаголати, слово срѣсти хощетъ, Божественнаго Параклита свѣтоизлитіемъ просвѣщаемо: высота бо латинскихъ недугованій, яже между насъ и ихъ преграждаетъ, сія есть. Пагубныя бо и прочая ихъ ученія и мудрованія, и богоносныхъ отецъ седмь кратъ собравшихся преданіемъ и ученіемъ далече отстоятъ, въ толицѣ, яко Богу единому исправити могущу сія, но уразумѣетъ же глаголемыхъ силу, иже не въ другомъ градѣ, токмо въ самомъ Римѣ велеславномъ бывъ, иже тамо беззаконно совершаемая узритъ, отъ возвышающихъ на высоту бровь, и апостольская мѣста удержавати хвалящихся, вся убо, якоже рѣхъ, яже въ нихъ лютая, и велику отвращенію достойна. Но источникъ злыхъ и основаніе всѣхъ новина есть, яже о Дусѣ Святѣмъ, яже и прочая злая вкупѣ введе. И не дивно есть, о премудрый Ѳеодоре! не бо къ тому возможно есть богословити правѣ, и правило составляти тѣмъ, Параклитова вдохновенія лишеннымъ. Како бо Духъ вдохнетъ у нихъже Богъ Отецъ изметается отъ свойства дыханія, яко посемъ покажется; Духъ бо, глаголетъ, идѣже хощетъ дышетъ (Іоан. 3, 8), хощетъ же не индѣ, токмо идѣже Отецъ и Сынъ, правомудреннѣ съ тѣмъ богословится, и по преданіемъ чествуемымъ богоносныхъ отецъ славословится; едина бо воля Отца и Сына и Святаго Духа, якоже бо едино существо и сила, и нѣсть различіе волямъ во Святѣй Троицѣ. На ту убо высоту слово обращаемо есть, и всякимъ чиномъ во истинѣ и любви недугующихъ разумъ исцѣляти подобаетъ, общаго врача и Спаса Iсуса Христа вожда предлагающе ко испытанію истины, и правымъ словомъ слово да исправляется, и яже главная изъявленія Николаева пучину испытая вкупѣ, и сопротивъ предлагая догматы чистыя и простыя истины, не въ помышленіи ложныхъ и образованіи гіометрійскихъ, въ нихъже ходившіи не пользовашася, истину показующая, но боговдохновенными гласы, и отеческими указаньми чистѣйшими, и каковыми подобаетъ быти отъ свѣта исходящимъ, истину облистающа. Сіе предглаголюще тебѣ вѣдати, яко не учити тебѣ хотяще обличити, аки неправѣ мудрствующа, многащи обращаемъ лице слова, и глаголемъ; ты же не стыдишися, и паки, ты же глаголеши, и ты не страшишися таковая мудрствуя; не къ тебѣ бо сія суть, о премудрый Ѳеодоре, но противу Николая и его единомыслениковъ, ихъже ради и преже, неже начну испытаніе главъ, потребно непщевахъ явлены сотворити вопреки глаголющимъ заповѣди богоносныхъ отецъ, возбраняюща насъ, яже выше насъ, и всего ангельскаго разума вышша суща, испытовати и изысковати, да познаютъ, яко почестію содержими еже къ предавшимъ намъ таинство Троицы непостижимое, а не оскудѣніемъ слова, и обличеніе показательныхъ, въ заповедехъ и преданіихъ отеческихъ почиваемъ. Извѣстно бо вѣмы, яко не быша тѣ глаголющіи, но Духъ иже отъ Отца, якоже глаголетъ блаженый Кѵрилъ въ епистоліи ко Іоанну патріарху Антіохійскому, яко да покажетъ въ послѣдующихъ. Или не врачевстіи сынове сице творити обычествуютъ, егда противу недужныхъ нападеній уготовляются? Мѣры бо и тіи живота умѣренаго уставленаго отъ учителей прежнихъ, предсвидѣтельствующе недугующимъ, ихъже соблюдающимъ убо надежда нѣчто цѣльбу получити, преступающимъ же недалече отъ смерти быти. Тогда къ надыманію недуговъ и огнемъ и желѣзомъ и многообразными цѣльбами въстаютъ. Тѣмъже и мнѣ послѣдующу никтоже да поношаетъ, наипаче же всѣмъ прилежаніемъ и бодростію крѣпкою словеса да услышитъ, не аки моя, но яко отъ тѣхъ блаженныхъ мужей реченная, ихъ бо словеса азъ возвѣщаю. Такожде да не къ распри ушеса приклонитъ, во все непщеваніе и злоизволеніе отъ ума изгнавъ, прилѣжнѣ и истиннолюбнѣ словеса да услышитъ.

Начну же сице. Да познаютъ извѣство, елицы и въ самомъ Римѣ ино учительство предсѣдящимъ обитаютъ, и во Италіи, и въ странахъ, яже за Алпійскими и Пиринійскими горами, и до Гадиря, яко мы, иже выи наши подлагаемъ подъ иго пречистѣйшаго престола апостольскія Церкве констянтинополскія, толико отстоимъ лукавствовати или новину дерзати въ преданнѣмъ намъ крѣпцѣ исповѣданіи соборныя апостольскія и непорочныя вѣры, елико и своего живота навѣты помышляти смертоносныя. Вѣмы бо, вѣмы извѣстно, и отъ божественныхъ писаній о семъ извѣстихомся, яко еже подвигнути нѣчто малѣйшее отъ ученій вѣры, или премѣнити, превеликихъ есть отрицаніе, и жизни вѣчныя отпаденіе. И прежде иныхъ Свидѣтель есть самъ Основатель вѣры нашея, и всея истины и правды Начальникъ, Господь нашъ Iсусъ Христосъ, иже наченъ боголѣпное учительство къ своимъ ученикомъ, аки основаніе крѣпко и неподвижимо того предлагаетъ, еже со всякимъ прилѣжаніемъ и храненіемъ многимъ даже и до малѣйшія соблюдати Его заповѣди неподвижны и непремѣнны. Глаголетъ бо во евангеліи иже отъ Матѳея: иже убо разрѣшитъ едину отъ заповѣдей сихъ меньшихъ, и научитъ тако человѣки, мній наречется въ Царствіи Небеснѣмъ, и прочая (Матѳ. 5, 15); а еже мній, божественный Златоустъ протолкуя, сирѣчь осужденъ будетъ, истолкова. Аще же нѣкто дерзнетъ, яко о законныхъ заповѣдехъ сіе глаголаше Iсусъ, занеже выше рече, іота едина или едина черта отъ закона не прейдетъ, и прочая, не истиннѣ речетъ; ибо самъ Спасъ первый заповѣдь, яже о суботѣ, разрѣшаше, тѣмже и отъ фарисей оклеветашеся, глаголющихъ: сей человѣкъ нѣсть отъ Бога, зане не хранитъ суботы; но и по немъ ученицы Его, ихъже первый есть блаженный Павелъ, аки противу всѣхъ заповѣдей законныхъ, будущая образующихъ, всѣхъ себе обративше, вся разориша, якоже Дѣяній священная книга и иныя богодохновенныя книги повѣдаютъ. Видится убо о заповѣдехъ благодати Спаса сіе глаголавша; сего ради и совершая боголѣпное то учительство, таковою заповѣдію паки учениковъ приточнѣ утверждаетъ, глаголя: всякъ убо слышаяй сія Моя словеса, но яже Азъ нынѣ рѣхъ вамъ, и творитъ та, уподоблю его мужу мудру, и прочая даже до конца (Матѳ. 7, 26). Не токможе всѣхъ Спасъ заповѣда намъ неподвижно соблюдати свое боголѣпное учительство, но и въ божественномъ евангеліи, еже отъ Іоанна, не единою, но многащи сіе видится творя съ великимъ прилѣжаніемъ, нынѣ убо приточнѣ: не входяй, глаголетъ, дверми въ дворъ овчій, но инудѣ входя, той тать есть и разбойникъ (Іоан. 10, 1). Кто убо дверь есть, токмо глаголавый: Азъ есмь дверь овцамъ, нынѣ же, и егда своя овца изводитъ, предъ ними ходитъ, и овца послѣдуютъ Ему, зане вѣдятъ гласъ Его, по чюждему же не послѣдуютъ, но бѣжатъ отъ него, понеже не вѣдятъ чюжаго гласа, нынѣ же пребывайте въ любви Моей, — и како пребудемъ въ ней, — научаетъ глаголя: аще заповѣди Моя соблюдете, пребудете въ любви Моей (Іоан. 16, 10); и паки: аще вы пребудете въ словеси Моемъ, воистину ученицы Мои есте, и познаете истину, и истина свободитъ васъ (Іоан. 8, 32). Како убо не явственнѣ лжутъ глаголющіи, не подвигнути ничтоже отъ божественнаго евангелія, иже толь грозную и высокую догму отъ Христа убо ученикомъ гласомъ живымъ преданную, послѣди паки по лѣтѣхъ нѣколицѣхъ Вознесенія Спасова на небеса, отъ блаженнаго Іоанна, въ Патмѣ островѣ Духомъ Святымъ и укончанну и запечатлѣнну, не устрашаются преписующе, и приложеніемъ гласа чюжаго во священномъ исповѣданіи вѣры растлѣвающе? или како похвалятся ктому, яко съ Христомъ сбираютъ, учительство Его не соблюдающе? како не вмѣнятся тати и разбойницы, не евангельскою дверію въ дворъ овчій входяще, или како истиною свободятся отъ мукъ безконечныхъ, иже истинѣ евангельской не повинуются, отъ толикихъ и толь великихъ богоносныхъ отецъ, и лѣты богопріятныхъ свидѣтельствованой и утверженой? како же и отъ любве Спасовы не отлучатся, не хотящіи Его богословіи о Святѣмъ Дусѣ послушати, но отъ растлѣнныхъ тѣхъ и по земли валяющихся лжемышленій упражняемыя мудрости міра сего отвлачими, Параклитова достоинства единоисходна отъ Отца, двѣма началы зѣло буе, да не реку нечестивѣ, написуютъ, не вѣдуще, зане яко Единородный отъ Отца единаго и единъ раждательнѣ раждается, и собство Его есть единородство, такожде и Духъ Святый равенъ сый по всѣхъ Отцу и Сыну, единъ Той исходнѣ отъ Отца единаго исходитъ, сего ради и единоисходно происхожденіе суще нарицается, и сіе собство Его есть усвоеннѣйше? Но о сихъ убо потомъ речемъ.

Нынѣ же богоносныхъ мужей да прилагаемъ заповѣди, яко обѣщахомъ. Абіе же и Павелъ божественный отъ іудейскаго мрака, вкупѣ же и неистовства возбнувъ, и истинныя лозы чашю животворную всю испивъ, и Спасово изволеніе познавъ извѣстнѣйше, къ Колоссаемъ пиша заповѣдаетъ: блюдитеся, да никто васъ будетъ прельщая философіею и тщетною лестію, по преданію человѣческому, по стихіямъ міра, а не по Христѣ (Кол. 2, 8); такожде и Галатовъ утвердити хотя, глаголетъ: но аще мы, или ангелъ съ небесе благовѣститъ вамъ паче, еже благовѣстихомъ вамъ, анаѳема да будетъ; якоже предрѣхомъ, и нынѣ паки глаголемъ, аще кто благовѣствуетъ паче, еже пріясте, анаѳема да будетъ (Гал. 1, 8). Зри, честнѣйшій мужю! како блаженый Павелъ философіи достоинство прелесть нарицаетъ тщетную и крадущу простыхъ разумы, аки по преданію человѣкъ, по стихіямъ міра, а не по Христѣ сущю. Ни ли тою латинстіи сынове ходятъ днесь и превращаютъ апостольскую истину? Или умомъ ко училищемъ италійскимъ, и тамо узриши по подобію потоковъ текущихъ, наипаче потопляющихъ Аристотеля и Платона, и иже окрестъ ихъ. И никая въ нихъ догма крѣпка непщуется, ни человѣческая, ни божественная, аще не аристотельскія силлогизмы тѣмъ утвердятъ сію догму. И аще не согласится съ художественнымъ, или яко худѣйше то отринуша, или еже видится сопротивно быти художеству, сіе отсѣцающе ко угоженію аристотельскаго художества премѣниша, и яко истиннѣйше заступаютъ. И что убо тебѣ возглаголю, елико беззаконнуютъ днесь латинстіи сынове, отъ философіи тщательнаго прелщенія прельщаеми по апостолу, о безсмертіи души, и о наслажденіи праведныхъ будущемъ, и о строеніи вѣрныхъ отъ настоящія жизни отходящихъ; яже вся страждутъ, занеже послѣдуютъ паче внѣшнему діалектическу вѣдѣнію, неже внутренѣй церковной и богодарованной философіи. Но добро убо воистину достолюбно словесъ внѣшнихъ вѣдѣніе, но елико къ навыченію, еже правѣ глаголати и къ наощренію разума и очищенію, а не во обрѣтеніе божественныхъ догматъ и въ разсужденіе. Понеже выше помышленія всякаго сія суть, и выше зрѣнія всякаго существеннаго и несущественаго; вѣрою токмо зрима и познаваема, и всякаго художества словесна отбѣгаютъ, и выспрь возлѣтаютъ, еже добрѣ свѣдый блаженный Іоаннъ Златоустый, таковая глаголетъ въ словѣ о серафимѣхъ, идѣже протолкуетъ видѣнная блаженнымъ пророкомъ Исаіемъ. Имѣютъ же сице словеса его златая: яко убо видѣ, глагола, коимже чиномъ, умолча; пріемлю глаголемая, а не тонцѣ испытаю умолчаная. Разумѣю откровенная, не истязаю сокровенныхъ. Сего бо ради сокровена бѣша: поставъ златъ есть писаній чтеніе, основа злата, и утóкъ златъ; не сотку паучины поставовъ, моихъ помышленій неможеніе вѣмъ; не прелагай предѣлъ вѣчныхъ, глаголетъ, яже положиша отцы твои; предѣлы подвизати небезбѣдно есть; и како, яже Богъ намъ положилъ, преложимъ? О неисповѣдимаго блаженнаго оного отца благоговѣинства, господине Ѳеодоре! гóре же нашему дерзостному безсрамію, еже смѣемъ на божественная таинства, яже отънюдъ непостизаемая самѣмъ ангеломъ суть. Той таковъ и толь великъ въ добродѣтели бывъ, не смѣяше множае что неже рабъ достоинъ бѣ видѣти или глаголати, но доволенъ бывъ въ глаголанныхъ пророкомъ, паучиннымъ поставомъ уподоби, умаляя боголѣпная своя помышленія. Мы же большимъ много разстояніемъ отстояще отъ благодати и премудрости, отъ небесъ въ немъ обитаемыя, неже отъ неуподобляемаго и ангельскаго житія его и святости, иже множае прахъ страстей привлачимъ, и по подобію безсловесныхъ скотовъ гнуснымъ сладострастіемъ прилѣпляющеся, малою же нѣкоею искрою внѣшняго любопрѣнія паче, неже философіи себе разжегше, и отъинудѣ иніи вскочивше аки дивіи звѣри, ризу Церкви истканную отъ вышняго богословія, раздираемъ лютѣ діалектическими нужами и софисмамы стязаемся всуе показати и человѣкомъ реченная священная таинства, яже отнюдъ неизреченная и неудобь разумѣваема, токмо же единой Святѣй Троицѣ вѣдома суть. И тойже убо глаголетъ: предѣлы подвизати небезбѣдно естъ; и како, яже намъ Богъ положилъ, преложимъ? Ты же, Николае, не устрашился толь веліе и крѣпкое основаніе всею божественнаго дому непорочныя вѣры нашея, уставленное убо прежде отъ Бога, потомъ отъ толикихъ и толь веліихъ божественныхъ отецъ составлено и утвержено, насиліи софисматскими гнусными разорити покушаяся. Ни ли неистовство и изступленіе ума явное сія суть? Но обличительно убо яко непотребно и созданія никоего, или малого нѣкоего творящее, оставляемо есть; показателное же, аки паче созидающее слышителе, и дѣйствуемо есть, еже помышленіе быти подобаетъ всѣмъ проповѣдателемъ истины. Но Павелъ убо божественный сице утвердилъ.

Время же уже и премудрѣйшаго Діонисія, нареченнаго Ареопагита, услышати, что отъ тѣхъже намъ повелѣваетъ, како попущаетъ намъ искати о божественныхъ ѵпостасехъ; глаголетъ бо: да держимъ яже божественнѣ намъ отъ божественныхъ писаній показана суть, зане всяко даяніе благо и всякъ даръ совершенъ свыше есть сходя отъ Тебе Отца свѣтовъ, и все отъ Отца двизаемаго свѣтоявленія происхожденіе къ намъ благодатнѣ приходящее, паки яко соединяющая сила обрящется къ собрателя Отца единству и богозрителной простотѣ; ибо отъ Того вся и въ Него, якоже священное слово глаголетъ. И той убо таковъ и толь велій глаголетъ: да держимъ, сирѣчь удерживаемъ крѣпцѣ, яже намъ божественнѣ откровенна бѣша отъ Святыя Троицы; ты же, о человѣче, не устрашишилися, сіе подвизая и иныхъ призывая къ таковой ямѣ. Но услышимъ и кая насъ учитъ мудрствовати о превышесущномъ Божествѣ; глаголетъ бо, яже вышесущественнаго богорожденія не пріобщаются единъ ко другому, единъ же источникъ вышесущественнаго Божества Отецъ есть, не сущу Сыну Отцу, ниже Отцу Сыну; явѣ, яко таже и о Дусѣ Святѣмъ. Аще бо вѣдалъ бы и Сына источника Духа, не убо реклъ бы единаго источника Отца, еже бо едино есть, не пріемлетъ другаго. И паки глаголетъ тойже, яко источникъ Божества Отецъ есть, Сынъ же и Духъ богорожденія, аще сице лѣпо есть рещи, отрасли богорожденіи, аки цвѣты и вышесущественіи свѣтове, отъ священныхъ словесъ пріяхомъ. Что убо свѣтлѣйше и достовѣрнѣйше быти можетъ свидѣтельства сего, аще бо Павелъ бѣ таинственнѣ уча священнаго Діонисія, сокровенная и неизреченная вышесущественнаго Божества? Той глаголетъ явѣ, не преобращатися единому къ другому, яже вышесущественнаго богорожденія, сирѣчь собства усвоеннѣйшая богоначальныхъ ѵпостасей, сирѣчь нерожденіе Отца, и Сына рожденіе, и Духа Святаго происхожденіе. Латини же единою все чествованіе отвергше, преобращаема сія показующе, не срамляются, тако явственнѣ на истину борюще, еже бы исповѣдати Сына совиновна Отцу быти въ происхожденіи Духа, что ино показати хотятъ, токмо прехожденіе собства еже происходити и къ Сыну бывшее, яко покажется напреди. И той же паки глаголетъ: единъ источникъ вышесущественнаго Божества Отецъ есть. И ты не срамляешилися и Сына вкупѣ показуя источника Божества? и аще твое мнѣніе попустится, како слово святаго Діонисія пребудетъ, именовавше Сына и Духа отрасли и цвѣты отъ Отеческаго корене возрастшихъ обоихъ? отрасль Сынъ, отрасль и Духъ Святый; цвѣтъ такожде Сынъ, цвѣтъ и Духъ Святый. И не рече: отрасль и цвѣтъ единственнѣ, но отрасли и цвѣты множественнѣ, да покажетъ не растущая другъ отъ друга, но отъ единаго Отца, якоже отъ корене обоя равночестно растуща. Откуду бо пріялъ еси, или отъ коего иного Павла услышалъ еси, егоже проповѣдуеши днесь благочестія, о человѣче? Той глаголетъ: да держимъ, и ты ли глаголеши область имѣти предвизати отеческія предѣлы сія и самому папѣ римскому, и претворити я, яко похощеши? кто тебѣ область сію даде? исправляти повелѣно есть тебѣ клевретомъ твоимъ человѣкомъ спасеніе, не якоже ты хощеши, но спасительнымъ гласомъ священныхъ евангелій, и по апостольскимъ и отеческимъ преданіемъ, сице убо хощеши услышати и самъ: блаженъ еси Симоне варъ Іона, яко плоть и кровь не яви тебѣ, но Отецъ Мой Иже на небесѣхъ; зане, аще инако сотвориши, зри, да не услышиши и самъ страшнаго онаго гласа: отъиди вспять мене сатана, соблазнъ Ми еси, зане не мудрствуеши, яже Божія суть, но яже человѣческая. Сего бо ради и ключа воспріялъ еси знаменовательныхъ сущихъ невидимыхъ сокровищь въ тайнѣ сокровеныхъ, яко отверзъ да покажеши ихъ, кацѣхъ Владыка дому положилъ въ апостольскихъ ковчезѣхъ хартіами и черниломъ и животворными словесы, а не яко да иная за иная износиши чюжа нѣкая, и сія діалектическими насильствы и образописаніи, а не паче духовными просвѣщеніи и вѣрными исповѣданіи, утвердити покушаешися. И якоже не смѣемъ ничтоже мудрствовати или рещи кромѣ, яже священное писаніе предаде намъ, явленнѣ священный Діонисій показуетъ глаголя: весьма бо несмѣемо есть глаголати, ни помышляти о вышесущественномъ Божествѣ, кромѣ яже божественнѣ намъ отъ священныхъ словесъ откровена суть. И назнаменай ми здѣ, о дивный Ѳеодоре, священнаго Діонисія благоговѣинство! Несмѣемо есть, рече, не токмо глаголати, но ниже помыслити нѣчто кромѣ написанныхъ. Николай же, и иже о немъ въ таковую дерзость поползнушася, яко и образы гіометричными, сокровенное и не образуемое вышесущественнаго Божества кичишася показати кромѣ написаныхъ. Что же иное паче сокровено можетъ быти рожденія Единороднаго отъ Отца и происхожденія Параклита. Яже глубины Божія нарицаемы Параклита Павелъ испытовати изрече, глаголетъ бо: Духъ испытаетъ и глубины Божія (1 Кор. 2, 10). Въ коей убо вышеестественѣй силѣ разума высокаго и постижителнаго достоинства утверждаеми, во глубину ту не ý разумѣваемую и неиспытанную божествоннаго сокровенія, еже съкры тма, по божественному Давыду, — и положилъ, глаголетъ, тму въ сокровеніе свое, — воврещи себе не устрашимся, иже ни своего естества разумѣти можемъ, коимъ чиномъ, сирѣчь, разумное чювственному смѣшено есть? или кое есть совокупленіе и соузъ ихъ? ни ли велій смѣхъ сія сутъ, и неистовство явное? не довлѣетъ ли тебѣ, о человѣче, соблюдати искушенная отъ толикихъ святыхъ мужей и временъ благопріятныхъ и свою немошь познати? И Павелъ убо на третіе небо восхищеный и неизреченные глаголы слышавъ, вопіетъ глаголя: яко нынѣ убо отчасти разумѣваемъ и отчасти пророчествуемъ (1 Кор. 13, 9); той убо отчасти, а ты отъ всего, еже бо стязатися хитрословіи человѣческихъ умышленій показати сокровеніе Божества, како имать въ себѣ естествомъ и чиномъ, что ино знаменуетъ, токмо еже все уже разумѣша.

Но да возвратимъ слово, откуду изыде извлечено, и да услышимъ иныхъ блаженныхъ отецъ, что намъ повелѣваютъ, о еже соблюдати цѣло и неподвижно священное исповѣданіе вѣры, ни прилагающимъ что, ниже отъемлющимъ отъ того. При Ѳеодосіи бо юномъ, святымъ и вселенскимъ третіимъ Соборомъ въ Ефесѣ собранномъ, и злочестиваго Несторія отъ общества вѣрныхъ отсѣкшимъ, начальникомъ пресвятѣйшимъ Кириломъ, и мѣсто и достоинство держащимъ преблаженнѣйшаго Келестина папы римскаго, — таковая къ священному сему Собору пишетъ преблаженнѣйшій Келестинъ о божественномъ и священномъ исповѣданіи вѣры, еже и донынѣ соблюдается у насъ дѣло благодатію Христовою, глаголетъ же сице: кто убо когда недостоинъ, анаѳематѣ осужденъ бысть, отъемля нѣчто, или прилагая въ вѣрѣ; яже бо полнѣ и явственнѣ преданная намъ отъ святыхъ отецъ, ниже приложеніе, ниже убавленіе пріемлютъ. Чтохомъ бо въ книгахъ нашихъ, ниже приложити подобаетъ, ниже убавити, великою бо и прилагающаго и убавляющаго мукою связуютъ, тѣмже и огнь и желѣзо приготоваемъ, понеже инако не суть исцѣляемы язвы. Слышиши ли, Николае, яко полнѣ и явственѣ, сирѣчь, совершеннѣйша и свѣтлѣйша, и якоже мощно бѣ имъ уразумѣти и намъ вмѣстити, такожде и явственнѣ, сирѣчь, чистѣйше, и никоего къ тому просвѣтлѣнія требующая богословіемъ речена суть отъ блаженныхъ отецъ догмата, яже намъ предана суть въ священномъ исповѣданіи вѣры; но и анаѳематѣ осуждаютъ иже таковое что смѣти восхощетъ, сирѣчь, премѣнити и приложити, или убавити, и огнемъ и желѣзомъ, сирѣчь, прокляти, и отлучити и отъ вѣрныхъ общества отсѣцаютъ. Сему убо согласуяй блаженный Кѵрилъ, таковая глаголетъ, яко отъ лица священнаго его Собора, въ единой епистоліи своей, еяже посла ко Іоанну патріарху антіохійскому, себе оправдая, о нихъ же Ѳеодоритъ епископъ Кѵра града оклевета его, глаголя, и отъ Сына догматствующа Духа Святаго присносущнѣ и существеннѣ происходити. Супротивъ тѣхъ отвѣщавъ, таковая рече: ни по коему чину, глаголетъ, подвигнутися подъемлемъ преданную отъ отецъ нашихъ вѣру, сирѣчь, вѣры нашея исповѣданіе, ниже попущаемъ себѣ, или инымъ, ниже глаголаніе примѣнити отъ нихже лежатъ ту, или единъ преступити складъ, поминающе глаголющаго: да не прелагаеши предѣлъ вѣчныхъ, яже положиша отцы твои; не бѣша бо тіи глаголющіи, но Духъ Иже отъ Бога и Отца, Иже убо исходитъ отъ Него, есть же не чюжь отъ Сына по слову существа. Слышиши ли, яко не токмо разума, но и реченіе и складъ возбраняетъ премѣняти, и преступити не попущаетъ, глаголя, ни самъ себѣ или инымъ, яко отъ лица всего Собора, ибо вселенскій Соборъ бѣ, и тіи предѣлъ положиша запрещенія, и страшныя онѣхъ клятвы прогласиша, яже содержатся въ соборнѣй книзѣ. Аще убо себѣ не попущаютъ, какоже попустятъ тебѣ? Къ симъ назнаменуемо есть, о премудрѣйшій Ѳеодоре, яко патріархъ антіохійскій Іоаннъ, и иже съ нимъ восточніи епископи, такову епистолію пріемше, извѣстившеся о православіи Кѵриловѣ, миръ объяша и между себе согласишася, прежде разлучени бывше, глаголютъ убо сія Ѳеодоритомъ, пишущимъ во общемъ. Почетше епископи сія епистоліи и испытавше прилѣжнѣ разумъ ея, обрѣтохомъ согласна реченнымъ, яже оттуду послана быша, евангельскимъ бо благородіемъ украшаются, и Богъ совершенъ и человѣкъ, Господь нашъ Iсусъ Христосъ въ нихъ проповѣдается, и Духъ же Святый не отъ Сына или Сыномъ существо имѣя, но отъ Отца иходя, свой же Сыну, яко единосущенъ именуемъ. Что сего свидѣтельства явственнѣйши и достовѣрнѣйши противу латинскаго противленія? епископи оклеветаху блаженаго Кѵрила, яко догматствуетъ Духа и отъ Сына, и Сыномъ имѣти присносущнѣ существо, сирѣчь, происходити; онъ же оклеветаніе сіе отсылая, оправдаетъ себе явственнѣ не мудрствовати таковая, но отъ Отца исходити Его по преданію священныхъ писаній, быти же и отъ Сына (?) чюжю по словеси существа, сирѣчь, яко тогожде существа и естества сый, а не и по чину бытія, сирѣчь, происхожденія. Епископи гласы тіи пріемше и похваливше, глаголютъ Ѳеодоритомъ, и Духъ же Святый не отъ Сына или Сыномъ существо имѣя, но отъ Отца происходя, свой же Сыну именуемь яко единосущенъ. Се како явственно мудрованіе блаженнаго Кѵрила, еже имѣяше о происхожденіи Духа Святаго, отвсюду является. Латини же и святѣмъ сопротивная покушаются показати, и не срамляются противу сицевыя явственныя истины борюще; но блаженный убо Кѵрилъ сице мудрствуетъ.

Что же и Соборъ четвертый, въ Халкидонѣ собраный на Евтихія и Діоскора, при Маркіанѣ царѣ, повелѣ о священномъ исповѣданіи вѣры, да слышимъ; котораго Собора Левъ преблаженнѣйшій папа римскій украшаше и утверждаше Паскасіемъ и Ликиньсіемъ и Вонифатіемъ, освященными намѣстники своими. Глаголетъ убо, по прочтеніи священнаго исповѣданія вѣры, еже составиша первый и вторый Соборъ, а третій утвердилъ: повелѣ святый и вселенскій Соборъ сей, иную вѣру никомуже попущену быти износити. или списовати, или составляти или учити, или показовати. А иже смѣютъ иную вѣру списовати или составляти, или износити, тіи, аще епископи будутъ или клирицы, да лишени будутъ, епископи убо отъ епископства, клирицы же отъ клироса, аще же простіи будутъ, да прокленутся тіи. Таже и тѣмиже глаголы и прочіи Соборы повелѣваютъ, и пятый и шестый и седмый, иже вопіетъ свѣтлымъ гласомъ, глаголя: мы законы церковныя соблюдаемъ, мы предѣлы отеческія хранимъ, мы прилагающихъ нѣчто, или отъемлющихъ отъ Церкве, проклинаемъ. И паки: аще кто все преданіе церковное, написанное или не писанное отметаетъ, да будетъ анаѳема. Что убо къ симъ рекутъ истины супостати? Како же и отъ анаѳематы толикихъ и толь веліихъ блаженныхъ отецъ себе изъяти возмогутъ, и аще бесчисленнѣ славятся о Римѣ и величествѣ его? не бо отъ градъ и престоловъ апостольское величество и область состоится, но отъ догматъ правыхъ вѣры и сожитія божественнаго, апостольскими и отеческими учительствы управляемо есть и познавается. Зане ниже врача убо наречемъ, дондеже правѣ мудрствуемъ, иже убо ризами врачевскима одѣянъ есть внѣуду, вѣдѣнія же врачевскаго не имать въ себѣ согласна одѣяніемъ, но вѣдущаго свидѣніемъ извѣстнымъ яже художества суть дѣйствовати, по преданію премудрѣйшихъ врачевъ, прежде его бывшихъ, того наречемъ врача, и ко исцѣленію недуговъ призываемъ, аще убо о своемъ здравіи попеченіе имѣемъ. Но да слышимъ, что блаженный Іоаннъ, иже отъ Дамаска, заповѣдаетъ намъ о тѣхъ, глаголетъ бо сице: вся преданная намъ и закономъ и пророки и евангелисты, и познаваемъ и чествуемъ, ничтоже дале ищуще. Богъ бо сый благъ и всякаго блага податель; еже бо угодно бѣ намъ разумѣти, откры, а еже не могохомъ повести, премолча. Сія мы да возлюбимъ, и въ тѣхъ да пребываемъ, не прелагающе предѣлъ вѣчныхъ, ниже преступающе божественное преданіе. Иже бо мало что или велико отъ божественныхъ отметаетъ, весь отметаетъ законъ, и считается вкупѣ съ преступающими его. Се и блаженный сей преславный просвѣтитель вселеннѣй, церковный славій, сладкопѣсненный органъ Пресвятаго Духа, вся, глаголетъ, пріемлемъ и познаваемъ и чествуемъ, и паче сихъ ничтоже взыскуемъ, ни испытуемъ. Что же ли ради? зане, глаголетъ, Богъ благъ сый, яже вѣсть намъ полезна быти откры, сего ради и довлимся сими, сирѣчь, да почіемъ въ сихъ, яко отъ Бога уставленныхъ. И аще не излишнюю честь симъ подати восхощемъ, поне повелѣваемымъ земскими цари равночестна да непщуемъ сія, а не испытовательнѣ сія яко и она благопокорнѣ да удержимъ. Но и римляне къ симъ глуси суть, по подобію аспида глуха, затыкающаго уши свои, и не хотятъ воспріяти цѣльбы, но единою надмени киченіемъ и тщетнымъ мнѣніемъ, что не падаетъ подъ діалектическими нуждами злохитреными, аки гнило отметаютъ съ великимъ презорствомъ.

Но сія убо по семъ; нынѣ же, яже пристоятъ къ приложенію нашему, разсмотряемъ. При Василіи убо царѣ констянтинопольскомъ, нарицаемомъ Македонянинѣ, и Фотіи пресвятѣйшемъ патріарсѣ, егда Іоаннъ пресвятѣйшій папа римскій патріаршескія кормила правяше, всякимъ православіемъ въ немъ и честностію евангельскаго житія украшенъ, Соборъ вселенскій собранъ бысть въ Констянтинополи, повелѣніемъ царевымъ и святыхъ патріархъ, ко утвержденію святаго седмаго собора, и къ разоренію нововозвышенныя латинскія ереси, по подобію зѣльныя бури, святую Божію Церковь смущающія, въ немже посланіи бѣша отъ пресвятѣйшаго папы Іоанна намѣстницы его, Павелъ и Евгеній, божественніи епископи, и третій съ ними Петръ презвитеръ и кардиналъ. Сей же убо священный соборъ, по утвержденіи седмаго собора, и латинскую ересь довольнѣ обличивъ, и укрѣпляющихъ ту анаѳематѣ предавъ, таковое повелѣніе изънесе на тѣхъ, иже смѣша приложити нѣчто во исповѣданіи вѣры. Аще бо кто, глаголетъ, кромѣ сего священнаго исповѣданія вѣры смѣетъ ино писати, или приложити, или отъяти, и заповѣдь соборну дерзнетъ именовати, да будетъ осужденъ, и отъ всякаго христіянскаго сожитія изверженъ. Сія убо божественный овященный Соборъ отсѣченіе изъявилъ противу беззаконія того. О нихъже Іоаннъ преблаженнѣйшій папа возвеселився и удовлився таковая пишетъ ко святѣйшему патріарху Фотію, пространнѣе и чистѣе, приложеніе еже въ священномъ исповѣданіи вѣры отнюдъ отвергъ; рече бо: ибо твое братство добрѣ вѣсть, яко егда пріиде къ намъ, иже мало прежде посланъ бысть отъ того, и о святѣмъ исповѣданіи вѣры насъ испыталъ, обрѣлъ насъ соблюдающихъ цѣло, якоже отъ начала намъ предано бысть, ниже прилагающихъ что, ниже отъемлющихъ, извѣстно вѣдущихъ, яко таковая дерзающихъ тягчайшее осужденіе ждущее соблюдается; и сего ради паки изъявляемъ святыни твоей, да имѣемъ извѣстно о мудрованіи, о немже случишася соблазны посредѣ церквей Божіихъ, яко не токмо не глаголемъ сего, но и тѣхъ, иже первѣе смѣша своимъ теченіемъ сіе творити, яко преступники Божіихъ глаголъ, и претворители ѳеологіи Господа Iсуса Христа, и прочихъ отецъ, иже соборнѣ собрани, предаша святое исповѣданіе вѣры, и съ Іудою съчиняемъ, зане тоже, что и той, дерзнуша, не предавше въ смерть Господское тѣло, но вѣрныхъ, иже суть уды тѣлесе того, отсѣкше и раздѣливше другъ отъ друга, и тако въ вѣчную смерть пославше, и наипаче себе, якоже неправѣ сотвори реченый ученикъ. Се коль извѣстно преблаженнѣйшій той отецъ, краткими словесы сими, ненавидиму и отбѣгаему показа ересь, яко съ Іудою соучиняти начавшихъ и послѣ тѣхъ укрѣпляющихъ ю. Что убо къ симъ паки возмогутъ вопреки глаголати супостати. Или еще и къ симъ затыкаютъ уши по подобію аспида глуха и не пріемлютъ обличеніа? ибо ни вчера ни третіаго дне прежде, или во углѣ и въ темнѣмъ мѣстѣ речена и содѣлана быша, дерзнути глаголати, аще весма мудрствуютъ и о истинѣ пекутся. Ни ли множае, неже шесть сотъ лѣтъ, прейдоша, отнелѣже сіа писаніа съдѣлана суть? не въ Римѣ ли ветхомъ и въ самомъ царствующемъ тогда градовомъ, предъ самодержцы и архіереи и учители, егда не токмо во всей богодухновенной философіи, и глаголемой внѣшней совершеннѣйше цвѣтяху и украшахуся оба пресвятѣйшіи грады, но святостію многою, и житіемъ цѣломудренымъ, и кротостію духовною, и священническій и гражданскій чинъ преизобильнѣйше облистоваху, сіи дѣйствовахуся, но убо и иже послѣ сего Іоанна преосвященный Адріанъ папа, глаголетъ пресвятѣйшій Фотій, соборную епистолію, якоже бѣ обычай древній, къ тому Фотію пославъ, тоже благочестіе тою епистоліею проповѣдаше, и Духа отъ Отца богословяше происходити.

И что потреба много глаголати, возможну сущу намъ заграждати уста на истину борющихъ, имъже сотвори блаженный папа римскій Левъ? Той бо преблаженнѣйшій Левъ папа, узрѣвъ новоявленую сію ересь, тлящу святую и великую церковь, яже при немъ, ко многимъ инымъ, яже сотвори, ко истребленію сего еретическаго недуга, умысли тако нѣчто, посланіи соборными, области и страны, яже подъ нимъ, протече, повелѣвая святымъ повсюду Божіимъ церквамъ, нектому латынскою рѣчію, но еллинскимъ гласомъ святыя вѣры исповѣданіе, кромѣ прикладу — и отъ Сына, гласити во время божественеыя литоргіи, два нѣкая симъ сотворяя, едино убо, яко греческого рѣчію пригоднѣйшею сущею, во извѣщеніе реченій, пѣваему священному исповѣданію вѣры, ереси ямы безъ бѣды да избѣжитъ множество вѣрныхъ, иже подъ нимъ, второе же, да союзъ любве, иже изначала бысть къ Церкви восточнѣй, обновити, уже начавша разрѣшитися злоизволенми еретичествовати хотѣвшихъ, и да покажетъ всѣмъ, каковою честію и чествованіемъ должна есть имѣтися отъ всѣхъ святая Божія Церкви [3] великая и апостольская Константинопольская, и прочіи восточныя святыя Божія Церкви, сирѣчь, Александрійская, Антіохійская и Iеросалимская. Сице тіи блаженіи во истину ученицы прекротчайшаго Iсуса, и любити другъ друга, и честію превозвышати вѣдяху, въ простотѣ сердца, и дусѣ кротости. Не токмо же сіе едино преблаженнѣйшій той Левъ сотвори, яко повѣдаетъ пресвятѣйшій Фотій, но и въ газофилакіи святыхъ апостолъ, отъ древнихъ временъ благочестію цвѣтущу, сохранены обрѣте два щита, иже письмены и глаголы греческими написано имѣяху священное исповѣданіе непорочныя вѣры, кромѣ прикладу — и отъ Сына, сія же изнесе показаннымъ быти повелѣ, и предъ всѣмъ римскимъ множествомъ прочитатися, якоже другій нѣкій боговидецъ Моѵсій, богописанныя скрижали отъ Бога пріемъ, и не повинующимся людемъ показуя, да поне сице понудитъ ихъ, отложившихъ жесточь сердца, любовь воспріимутъ. Но въ злохитренную душу, глаголетъ премудрѣйшій Соломонъ, премудрость не входитъ; сего ради и тіи, единою поглотивше удицу киченія и мнѣнія, юже ловецъ злобы спустилъ имъ на пагубу, неисцѣльни пребыша и неисправлени. Но тіи убо въ путь свой да ходятъ; мы же, малыми нѣкими довольное показаніе подавше послушающымъ божественныхъ писаній, въ простотѣ здравыя вѣры и страхомъ Божіимъ и всею истиною свидѣтельствоваше, неподобати отнюдъ нѣчто о иже во исповѣданіи вѣры, или мало или велико, ни гласа, ни склада тамо положеннаго предвизати или премѣняти, но цѣло подобаетъ хранити то всею силою и вниманіемъ аки зѣницу ока, да не подъ анаѳему толикихъ и толь великихъ святыхъ отецъ себе подложимъ.

Здѣ первую часть слова заключаемъ, юже твоя свѣтлость воспріявши и прочетши, аще что добрѣ речено бывше обрящетъ въ ней, подателю всѣхъ благихъ Богу сіе да написуетъ, Егоже благодатію укрѣпляеми, скоро и прочую часть того слова пошлемъ, въ нейже обличеніе главъ Николаевыхъ, поелику Богъ помощь подастъ, сотворимъ, ихъже изложи Николай нѣмчинъ на правое богословіе Всесвятаго Духа, яко обѣщахомъ тебѣ. Здравствуй!

Примѣчанiя:
[1] Съ такимъ заглавіемъ помѣщаются какъ это слово, такъ и слѣдующее за нимъ о Святомъ Духѣ (которое имѣетъ еще и другое заглавіе) въ рукописяхъ и въ печатной Кирилловой книгѣ. Оба они составлаютъ части одного слова, написаннаго преп. Максимомъ противъ папскаго посла Николая Шомберга, который, во время своего пребыванія въ Москвѣ, успѣлъ склонить на свою сторону какого-то знаменитаго боярина Ѳеодора.
[2] горьковатую.
[3] Церковь.

Печатается по изданiю: Сочиненiя преподобнаго Максима Грека, изданныя при Казанской Духовной Академiи. Часть первая: Догматико-полемическiя сочиненiя. — Изданiе второе. Казань: Типо-литографiя Императорскаго Университета, 1894. — С. 188-213.

Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0