Наследие Святой Руси. Памятники древне-русской письменности
 
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Наслѣдiе Святой Руси
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Раздѣлы сайта

Святые Кириллъ и Меѳодiй
-
Книги старой печати
-
Патерики и житiя святыхъ
-
Великiя Минеи Четiи
-
Церковно-учит. литература
-
Творенiя русскихъ святыхъ
-
Стоянiе за истину
-
Исторiя Русской Церкви
-
Церковный расколъ XVII в.
-
Исторiя Россiи

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - четвергъ, 25 мая 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 12.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Церковный расколъ XVII вѣка —» Изслѣдованiя

С. А. Бѣлокуровъ.
Сильвестръ Медвѣдевъ объ исправленіи богослужебныхъ книгъ при патріархахъ Никонѣ и Іоакимѣ.

«Мерзѣйшаго, вреднѣйшаго и мучи-
тельнѣйшаго, чѣмъ ложь, въ мірѣ между
человѣки обрѣстися ничтоже можетъ».
С. Медвѣдевъ.

Сильвестръ Медвѣдевъ лице не безъизвѣстное въ исторіи нашего отечества за ХVII столѣтіе: наши древніе книжники-составители житій возвели его даже въ особое званіе «ересіарха», виновника «новоявльшейся латинской дымящейся главни Аркудіевы или Медвѣдевы». Такую почетную и громкую извѣстность у насъ на Руси Медвѣдевъ получилъ благодаря своему ученію о времени пресуществленія святыхъ Даровъ въ таинствѣ Евхаристіи, ученію, возбудившему жаркія и бурныя пренія, тянувшіяся въ нашей церкви въ XVII столѣтіи чуть не цѣлую четверть вѣка.

Медвѣдевъ родомъ былъ изъ Курска и въ мірѣ назывался Симеономъ. Свою служебную карьеру онъ началъ съ чина подъячего и вмѣстѣ съ Шакловитымъ, съ которымъ такъ тѣсно связана его послѣдующая судьба, служилъ въ губной избѣ, состоявшей тогда въ вѣдомствѣ приказа таиныхъ дѣлъ. Вѣроятно еще въ Курскѣ Медвѣдевъ получилъ образованіе. Въ 1670 году онъ, будучи по своимъ дѣламъ въ Москвѣ, видѣлся со всѣми тогдадшими московскими учеными. Лѣтъ черезъ пять послѣ этого (3 мая 1675 г. онъ былъ уже монахъ) онъ устраняется міра и его молвы и принимаетъ монашество, поселившись на жительство въ Молченской путивльской пустыни. Отсюда онъ вскорѣ, по настоянію Семеона Полоцкаго и самого царя Ѳеодора Алексѣевича, перешелъ въ Москву въ Заиконоспасскій монастырь, гдѣ получилъ келью, по приказанію самого царя, «на иныхъ всѣхъ богатѣйшую» и ближайшую къ Симеоновымъ покоямъ, такъ что о Медвѣдевѣ впослѣдствіи говорили, будто онъ «купно съ отцемъ Симеономъ въ единой келіи живяше» (Остенъ л. 98) [1]. Живя въ Москвѣ въ одномъ монастырѣ съ Полоцкимъ и конечно пользуясь его наставленіями, Медвѣдевъ сдѣлался ревностнымъ ученикомъ Полоцкаго. По словамъ автора книги Остенъ, Медвѣдевъ слушалъ «словеса его (Полоцкаго) латинскія мысли полна суща, не познавъ лести онаго, прельстися вслѣдъ его мудрованія». Послѣ смерти Полоцкаго, Медвѣдевъ написалъ ему надгробную эпитафію въ стихахъ, въ которой восхвалялъ учителя и выставилъ его высокія заслуги. Свой поэтическій талантъ Медвѣдевъ еще обнаруживалъ не разъ, какъ при событіяхъ радостныхъ, каково напримѣръ его «Привѣтство брачное» по случаю бракосочетанія царя Ѳеодора Алексѣевича съ Марѳою Матвѣевною Апраксиной 12-го февраля 1682 года, такъ и печальныхъ, напримѣръ, «О преставленіи государя царя и великаго князя Ѳедора Алексѣича... плачъ и утѣшеніе дванадесятьми виршами, по числу лѣтъ его царскаго пресвѣтлаго величества, еже поживе въ мірѣ». Въ этомъ случаѣ Медвѣдевъ показалъ плоды своего ученія у Симеона Полоцкаго, доказалъ, что сѣмена брошены на хорошую почву и потому не пропали даромъ.

Любопытныя характеристики Медвѣдева дѣлаютъ его противники, составители различныхъ повѣстей, сказаній и пр... Вотъ какъ характеризуетъ его неизвѣстный составитель повѣсти «О новомъ растригѣ, бывшемъ монахѣ — Сильвестрѣ Медвѣдевѣ», помѣщенной въ книгѣ Остенъ предъ словомъ патріарха Іоакима, сказаннымъ на соборѣ 1690 года, какъ бы вмѣсто введенія въ это слово. «Въ царствующемъ градѣ Москвѣ бяше нѣкто образомъ монашескимъ одѣянъ, именемъ Сильвестръ прозванъ Медвѣдевъ... иже во вся дни творяше распри и свары и мня себе мудра быти, неукъ сый; языкъ свой изостряше, яко зміинъ, въ устѣхъ же его бѣ ядъ аспидовъ полнъ горести и отравы. Злоковаренъ бо бѣ отъ юностна возраста и многорѣчивъ и остроглаголивъ и любопривъ, уста имѣяй бездверна и изъ гортани изрыгающъ ядъ душегубителный всякаго лжесловія и коварства; языкъ же не премолчно блядущъ толико, яко всему тѣлу мнитися быти языку. Къ сему же еще оный Сильвестръ у нѣкоего езуитскаго ученика (Симеона Полоцкаго) пріучися чести латинскія книги. И отъ таковаго оныхъ книгъ чтенія и отъ наслышанія устоглагольнаго онаго чтенія своего и иныхъ латинниковъ обычаемъ новыче и весь онамо уклонися и отступивъ отъ св. церкви и отъ святѣйшаго Іоакима патріарха, отщишеся догматы и преданія святыхъ апостолъ и св. отецъ, сущая по чину восточныя церкви, развратити и въ латинство превратити, еже и содѣла бы, аще не бы всемогущая десница Вышняго предварила и злоумышленія его разорила и самого его сокрушила». Патріархъ Іоакимъ въ своемъ поучительномъ словѣ на соборѣ (январь 1690 г.) противъ кіевскихъ ученыхъ сказалъ о Медвѣдевѣ почти то же самое, только въ болѣе слабомъ видѣ. Составитель другой повѣсти «О новорастригѣ Сильвестрѣ Медвѣдевѣ» [2] также выражается о немъ очень сильно и даже обвиняетъ его въ зломъ намѣреніи противъ нѣкоторыхъ членовъ царскаго семейства и въ намѣреніи убить самого патріарха.

Нѣтъ сомнѣнія, говоритъ г. Образцовъ [3], что всѣ эти характеристики Медвѣдева составлены подъ вліяніемъ ненависти къ человѣку, неподходящему своимъ образомъ мыслей и дѣйствія къ тѣмъ, кто составилъ ихъ. Но и изъ нихъ видно, чтó такое за человѣкъ былъ Сильвестръ Медвѣдевъ; что это была натура энергическая, кипучая, не спокойная, съ жаждою дѣятельности; человѣкъ всѣмъ интересовавшійся, желавшій знать все, что дѣлалось въ обществѣ, особенно въ придворномъ мірѣ, — монахъ только по имени да одеждѣ, а самъ страшный охотникъ до мірскихъ событій, текущихъ явленій, даже принимавшій участіе въ нихъ. Очевидно, что онъ любилъ много говорить обо всемъ, что самъ зналъ, и говорилъ, какъ понималъ, не скрывая своихъ убѣжденій; а такъ какъ ему случалось получать и отпоръ убѣжденіямъ, то онъ любилъ споры, которымъ и предавался со всѣмъ жаромъ увлеченія. Близость къ царскому двору давала ему еще больше самонадѣянности, и неудивительно, если онъ иногда дозволялъ себѣ лишнія, даже и не монаху не всегда простительныя вещи. Видно уроки Полоцкаго, любившаго больше латинское образованіе, глубоко запали въ сердце Медвѣдева, обратились въ его убѣжденія и потому онъ началъ уже открыто распространять то, что скрывалъ или о чемъ говорыъ прикровенно его учитель; отъ того о Медвѣдевѣ стали писать и уже простые изъ низшаго класса люди (составители повѣстей о Медвѣдевѣ).

Что касается словъ составителей повѣстей о Медвѣдевѣ, будто «онъ былъ неукъ, только мня себе мудръ быти», то нѣтъ сомнѣнія, что они составляютъ чистѣйшую ложь. Напротивъ Медвѣдевъ былъ человѣкъ очень образованный, хотя пожалуй и односторонне, въ извѣстномъ направленіи. Онъ хорошо зналъ латинскій языкъ и отцы отдавали ему своихъ дѣтей учить латинскому языку [4]. Послѣ Медвѣдева осталась богатая библіотека [5], въ которой были кромѣ латинскихъ и другія книги — славянорусскія, польскія и проч. Около десяти лѣтъ Медвѣдевъ занималъ должность справщика на московскомъ печатномъ дворѣ, что также служитъ противъ этого мнѣнія. По отзывамъ современниковъ (Туманскаго записки т. I, 209), Медвѣдевъ не только не былъ неукъ, а наоборотъ былъ «чернецъ великаго ума и остроты ученой». Онъ хлопоталъ объ открытіи въ Москвѣ славяно-греко-латинской академіи, думая быть ректоромъ въ ней. Перу Медвѣдева принадлежитъ описаніе перваго стрѣлецкаго бунта (1682 г.); ему же принадлежитъ первое описаніе книгъ, какія были на Руси написаны и напечатаны до него [6]. Онъ такимъ образомъ и историкъ и «отецъ славянорусской библіографіи», какъ называетъ его за послѣдній, указанный нами, трудъ другой библіографъ В. М. Ундольскій. Изъ этихъ фактовъ видно, насколько справедливы слова составителей повѣстей о Медвѣдевѣ, что онъ былъ необразованный, неукъ.

Живя въ Москвѣ въ Заиконоспасскомъ монастырѣ, Медвѣдевъ быстро подвигался по лѣствицѣ служебной іерархіи; вскорѣ послѣ своего пріѣзда сюда — въ Москву, онъ былъ назначенъ строителемъ Заиконоспасскаго монастыря и еще 7187 году назначенъ былъ справщикомъ на московскій печатвый дворъ и въ то же время книгохранителемъ того же печатнаго двора. Эту дожность онъ занималъ вплоть до 7197 года, когда «ему монаху Сильвестру жалованье на 197 г. не было дано и у книжнаго правленія быти ему не велѣно и 197 г. марта въ 12 день по указу великихъ государей и по благословенію святѣйшаго патріарха у книжнаго правленія велѣно быть въ справщикахъ на его, Селивестрово, мѣсто іеромонаху Тимоѳею [7]. Этой должности на печатномъ дворѣ Медвѣдевъ лишился, кажется, по той же причинѣ, ради которой постигла его и смертная казнь впослѣдствіи, т. е. за ученіе о времени пресуществленія святыхъ Даровъ въ таинствѣ Евхаристіи.

По своимъ убѣжденіямъ Медвѣдевъ былъ латинянинъ и въ возникшемъ у насъ на Руси въ ХVII вѣкѣ спорѣ о времени пресуществленія св. Даровъ въ таинствѣ Евхаристіи онъ держался и защищалъ латинское мнѣніе. Это мнѣніе было распространено во всей Кіевской Руси и, отстаивая его, Медвѣдевъ былъ вполнѣ убѣжденъ, что онъ защищаетъ правое мнѣніе отъ нападокъ въ нѣкоторомъ смыслѣ еретиковъ. Какъ видно изъ слѣдственнаго дѣла о немъ по поводу заговора Шакловитаго, Медвѣдевъ считалъ себя вполнѣ правымъ; по словамъ его келейника Арсенія, онъ «многожды говорилъ: напрасно де смутили душу святѣйшаго патріарха, пріѣхавъ греки; а онъ де святѣйшій человѣкъ доброй, а учился мало и рѣчей богословскихъ не знаетъ» [8]. Противниками Медвѣдева, защитниками православнаго мнѣнія о времени пресуществіенія св. Даровъ явились, какъ извѣстно, ученики Епифанія Славинецкаго, изъ среды которыхъ по своей учености особенно выдѣлялся инокъ Евфимій. На ихъ сторонѣ былъ и патріархъ Іоакимъ, который хотя ничего не писалъ, но ревностно защищалъ ихъ. «Они де, говорилъ Медвѣдевъ, указывая на справщика Евфимія и ризничаго Акинфа, — они де святою душою святѣйшаго патріарха возмущаютъ и наговариваютъ о поклонехъ въ слова Христовы [9]. Съ прибытіемъ въ Москву ученыхъ грековъ «самобратіевъ Лихудіевыхъ», получившихъ высшее образованіе въ Венеціи и пробывшихъ потомъ около 9 лѣтъ въ Падуѣ, гдѣ они и получили докторскіе дипломы, — съ прибытіемъ ихъ полемика значительно усилилась и приняла гораздо бóльшіе размѣры. Медвѣдевъ вслѣдъ за Симеономъ Полоцкимъ, согласно съ латинянами, утверждалъ, что пресуществленіе св. Даровъ въ таинетвѣ Евхаристіи бываетъ въ моментъ произнесенія священно-служителемъ словъ Христа Спасителя: пріимите, ядите и пійте отъ нея вси... Между тѣмъ греки, а за ними и наши московскіе ученые настаивали на томъ, что слова Христовы произносятся только въ знакъ заповѣди о таинствѣ Евхаристіи, а Дары пресуществляются уже о молитвѣ къ Богу Отцу силою заслугъ Христовыхъ о ниспосланіи Святаго Духа. Для доказательства справедливости своего мнѣнія Медвѣдевъ написалъ сочиненія: «Хлѣбъ животный» [10] и «О маннѣ хлѣба животнаго» (ноябрь 1687 г.) [11]. Лихуды свое опроверженіе называли «Акосъ или врачеваніе, противополагаемое ядовитымъ угрызеніямъ зміевымъ» (въ синодальной библіотекѣ нѣсколько списковъ). Медвѣдевъ противъ этого сочиненія написалъ двѣ тетради «Извѣстіе истинное православнымъ и показаніе свѣтлое о новоправленіи книжномъ и о прочемъ» и другое съ неизвѣстнымъ намъ заглавіемъ [12]. Лихуды отвѣтили Медвѣдеву въ 1689 году «показаніемъ истины» и, какъ утверждаютъ наши библіографы, діалогами грека учителя къ нѣкоему іисуиту 1690 г. («мечецъ духовный» тожъ). Эти споры зашли слишкомъ далеко. Спорили не одни ученые, но чуть ли не всѣ. По показанію пѣвчаго Лаврентія, «къ Медвѣдеву пріѣзживали многіе знатные люди и гостинные сотни,.. а разговоры де у нихъ бывали о словахъ, Христовыхъ» [13]. И спорили не въ тиши только ученыхъ кабинетовъ, но вездѣ, даже на площадяхъ. Дѣло дошло до того, что люди, сочувствовавшіе Медвѣдеву, опасались, чтобы съ нимъ чего не сдѣлалъ патріархъ, куда либо тайно не сослалъ. Поэтому одинъ его другъ стрѣлецкій начальникъ Алексѣй Стрижевъ (судившійся впослѣдствіи вмѣстѣ съ Медвѣдевымъ за участіе въ дѣлѣ Шакловитаго) ставилъ въ кельѣ Медвѣдева на караулъ стрѣльцовъ изъ своего полка съ прямою цѣлью защитить его отъ патріарха [14]. Караульнымъ прямо приказано было, если придутъ отъ патріарха, не отдавать Медвѣдева и говорить, что за нимъ Сильвестромъ есть государево дѣло (эти караулы началъ ставить Стрижевъ съ Великаго дня въ количествѣ 5-10 человѣкъ).

Къ несчастію Медвѣдева, судьба ему не благоволила. Онъ принималъ участіе въ извѣстномъ заговорѣ Шакловитаго, этомъ прототипѣ тѣхъ дворцовыхъ переворотовъ, которыми такъ полна наша исторія XVIII в., когда гвардія дѣлала у насъ правительство. Какъ видно изъ слѣдственнаго дѣла, Медвѣдевъ былъ однимъ изъ дѣятельныхъ членовъ этого заговора или по крайней мѣрѣ, его считали такимъ [15]. Когда замыселъ ихъ былъ открытъ и начались розыски (послѣ 8 августа), Медвѣдевъ сперва жилъ въ Москвѣ вплоть до 31-го августа, а потомъ, опасаясь, чтобы патріархъ Іоакимъ также бы великому государю на него какихъ-либо словъ не принесъ, бѣжалъ изъ Москвы [16]. Его вскорѣ же (6-го сентября) хватились и, такъ какъ въ Заиконоспасскомъ монастырѣ его не оказалось, то велѣно было найти его. Его искали въ Симоновомъ монастырѣ, искали въ вотчинѣ (деревня Дрозжино московскаго уѣзда) Любима Домнина, съ которымъ Медвѣдевъ хорошо былъ знакомъ, такъ какъ родиной ихъ былъ одинъ и тотъ же городъ Курскъ; искали его (Медвѣдева) и въ другихъ селахъ близъ Москвы — Козмодемьянскомъ, Ермолинѣ и Михайловскомъ. Не смотря на то, что розыски производились тщательно и быстро, его нигдѣ здѣсь не нашли. Но наконецъ напали на слѣдъ Медвѣдева. Неизвѣстно откуда было узнано, что Медвѣдевъ отправился изъ Москвы вмѣстѣ съ архимандритомъ Донскаго монастыря Никономъ, поѣхавшимъ на богомолье въ Сѣверскъ, и за ними была послана погоня. Медвѣдевъ, какъ оказалось впослѣдствіи, дѣйствительно 31-го августа вмѣстѣ съ другими, замѣшанными въ заговорѣ Шакловитаго, и съ архимандритомъ Донскаго монастыря Никономъ въ полночь выѣхалъ изъ Москвы, въ качествѣ его (архимандрита) свиты. Ѣхали они мимо Новодѣвичьяго монастыря и остановились въ сельцѣ Новодѣвичьяго монастыря — Микулинѣ, въ разстояніи семи верстъ отъ Москвы; гдѣ, по словамъ Медвѣдева, они и предполагали жить до окончанія дѣла Шакловитаго [17]. Но вскорѣ же они измѣнили свое намѣреніе и 3-го сентября отправились отсюда въ Бизюковъ монастырь, что въ дорогобужскомъ уѣздѣ, въ которомъ (монастырѣ) игуменомъ былъ о. Варѳоломей, жившій раньше у Медвѣдева въ Заиконоспасскомъ монастырѣ и взятый оттуда сюда въ игумены. Ѣхали они на монастыри и деревни, приписанныя къ Донскому монастырю; а на вопросы постороннихъ: кто ѣдетъ? отвѣчали: донской архимандритъ со свитой. Въ Бизюковомъ монастырѣ Медвѣдеву пришлось прожить только четыре дня. По словамъ Медвѣдева, онъ предполагалъ здѣсь и остаться жить до окончанія дѣла Шакловитаго; по словамъ же его келейника Арсенія, Медвѣдевъ изъ Бизюкова монастыря хотѣлъ ѣхать «къ смоленской шляхтѣ». Но тѣмъ или другимъ планамъ Медвѣдева не суждено было сбыться. 13-го сентября въ Дорогобужъ пріѣхалъ изъ Москвы гонецъ съ приказаніемъ задержать Медвѣдева и другихъ, пріѣхавшихъ съ нимъ изъ Москвы; вслѣдствіе чего они того же числа были захвачены, а 17-го сентября 1689 г. отправлены подъ конвоемъ изъ Дорогобужа въ Троицкій монастырь, гдѣ находился въ то время царь Петръ и гдѣ производилось слѣдственное дѣло о заговорѣ Шакловитаго.

По прибытіи сюда, Медвѣдевъ лишенъ былъ образа (иноческаго) и именованія: изъ Сильвестра Медвѣдева сталъ Сенка Медвѣдь, а 24 сентября подвергнутъ былъ допросу. На этомъ допросѣ Медвѣдевъ между прочимъ сказалъ, что тетради, которыя писалъ дьячекъ Аѳонасей о пресуществленіи, онъ списалъ для себя; а «писаны онѣ на греческія книги, написанныя на Москвѣ греками, а на патріарха въ ней ничего не написалъ». Что касается его, Медвѣдева, quasi намѣренія убить патріарха, то у него, говоритъ Медвѣдевъ, никогда никакого подобнаго умысла не было и ни отъ кого онъ не слыхалъ о намѣреніи убить или перемѣнить патріарха. Главный виновникъ постигшаго Сильвестра Медвѣдева несчастія, Шакловитый, былъ казненъ еще 12 сентября, но о другихъ замѣшанныхъ въ его заговорѣ лицахъ слѣдствіе тянулось около мѣсяца. 30 сентября Медвѣдева подвергали допросу по поводу печатныхъ изображеній царевны Софьи, присланныхъ патріархомъ Іоакимомъ и найденныхъ въ кельѣ Медвѣдева, и тогда же его подвергли пыткѣ относительно прежнихъ вопросовъ, о которыхъ онъ былъ допрашиваемъ и 24 сентября. Медвѣдевъ опять далъ прежнее показаніе, что объ убіеніи патріарха онъ никогда и не думалъ; что въ сочиненіяхъ его противности церкви нѣтъ никакой, поелику они писаны противъ греческой церкви, а не русской. Медвѣдевъ такимъ образомъ ничего не прибавилъ къ своему показанію отъ 24-го сентября, хотя ему на пыткѣ и было дано 15 ударовъ.

Патріархъ Іоакимъ принималъ дѣятельное участіе въ судьбѣ Медвѣдева. По его указу (25 сентября) приказано было назначею Паисію Сійскому отобрать письма на русскомъ и иныхъ языкахъ, находящіяся въ кельѣ Медвѣдева въ Заиконоспасскомъ монастырѣ, и если ихъ немного, то переслать всѣ къ нему патріарху въ Троицкій монастырь; если же много, то вмѣстѣ съ игуменомъ Сергіемъ и монахомъ Іовомъ, что учится въ греческой школѣ, пересмотрѣть ихъ (письма), и «которыя письма явятца приличныя ко обличенію воровства и злоначальства Медвѣдева или какія отъ него къ кому такія же и отъ кого къ нему явятся письма, отобрать и прислать къ нему патріарху» [18]. 5 октября 1689 года послѣдовалъ приговоръ по дѣлу Медвѣдева: «за воровство и измѣну и за возмущеніе къ бунту Сенку Медвѣдева велѣно казнить смертію» [19]. По словамъ Гордона (въ дневникѣ подъ 12 сентября 1689 г.), Царь Петръ Алексѣевичъ всѣмъ злодѣямъ хотѣлъ даровать жизнь и только, по убѣжденію патріарха, согласился на казнь троихъ [20]. Но приговоръ надъ Медвѣдевымъ еще не скоро былъ исполненъ.

Послѣ окончанія суда по заговору Шакловитаго, Медвѣдевъ «до пролитія крови былъ отданъ въ вѣчное хранило», заключенъ подъ стражу въ Троицкомъ монастырѣ. Послѣ гражданскаго суда онъ былъ еще подвергнутъ суду церковному по поводу своего ученія о времени пресуществленія святыхъ Даровъ въ таинствѣ Евхаристіи. Къ нему въ Троицкій монастырь были присланы новоспасскій архимандритъ Игнатій, игуменъ Ефремъ и Софроній Лихудъ съ древними книгами для убѣжденія его въ неправотѣ его мнѣнія. И Медвѣдевъ долженъ былъ сознаться, что онъ ошибался, поносилъ защитниковъ православія, «клеветалъ на церковь Христову» и прислалъ «покаянное отреченіе отъ ереси», отъ своихъ убѣжденій (декабрь 1689 г.) [21]. Соборомъ 1690 года (январь), созваннымъ по поводу кіевскихъ ученыхъ и ученія, опредѣлено «жити ему Медвѣдеву тамо, идѣже повелѣно отъ мѣрности нашея и отъ всего священнаго собора подъ крѣпкимъ началомъ у самаго искуснѣйшаго и твердѣйшаго мужа и свѣдуща священнаго писанія, въ молитвахъ и постѣхъ, во смиреніи и трудѣхъ, яковыхъ можно пребывати; со иными же человѣки сходитися ему особно разглагольствовати ничтоже волѣти, бумаги и чернилъ отнюдь не давати [22].

Между сочиненіями Медвѣдева находится одно, которое мы уже указали, именно «Извѣстіе истинное православнымъ и показаніе свѣтлое о новоправленіи книжномъ и о прочемъ», о которомъ и будетъ наша рѣчь. Сочиненія Медвѣдева во всякомъ случаѣ заслуживаютъ полнаго вниманія. Тѣмъ больше вниманія заслуживаетъ сочиненіе его именно о столь важномъ вопросѣ, какъ исправленіе богослужебныхъ книгъ «въ Московскомъ царствіи» при патріархахъ Никонѣ и Іоакимѣ. Сильвестръ Медвѣдевъ съ 1679 года по 1689-й (7187-7197), т. е. въ продолженіи десяти лѣтъ занималъ должность справщика на московскомъ печатномъ дворѣ. Ему слѣдовательно хорошо должна быть извѣстна вся исторія исправленія богослужебныхъ книгъ, какъ при Никонѣ, такъ и при Іоакимѣ; первая потому, что онъ жилъ спустя весьма короткое время послѣ самаго событія, вторая потому, что онъ самъ былъ очевидцемъ и отчасти участникомъ; поэтому то его сочиненіе и важно въ этомъ случаѣ. Свѣдѣнія же, сообщаемыя Медвѣдевымъ въ этомъ сочиненіи, объ исправленіи богослужебныхъ книгъ при патріархѣ Никонѣ и Іоакимѣ столь новы, важны и неожиданны, что мы сочли необходимымъ подѣлиться ими съ другими.

Это сочиненіе Медвѣдева почти совершенно неизвѣстно нашимъ ученымъ, равно какъ и содержаніе его; даже о самомъ существованіи его знаютъ весьма и весьма немногіе [23]. Ни Филаретъ Черниговскій, ни митрополитъ Евгеній при перечисленіи сочиненій Медвѣдева не указываютъ этого сочиненія. Одинъ только «труженикъ науки и знаменитый нашъ археографъ» П. М. Строевъ въ своемъ библіологическомъ словарѣ упоминаетъ объ этомъ сочиненіи Медвѣдева и указываетъ списокъ его. Мнѣ самому это сочиненіе стало извѣстно случайно. Просматривая (въ августѣ 1884 года) рукописи въ московскомъ публичномъ и румянцевскомъ музеяхъ, я заинтересовался одною, имѣвшею въ краткомъ систематическомъ реестрѣ заглавіе: «извѣстіе о новоправленныхъ книгахъ 1689 г.» (№ 1325 рукописнаго собранія В. М. Ундольскаго). По ближайшемъ ознакомленіи съ этою рукописью оказалось, что это есть сочиненіе Сильвестра Медвѣдева «Извѣстіе истинное православнымъ и показаніе свѣтлое о новоправленіи книжномъ и о прочемъ». Обратившись за справкой и повѣркой своего предположенія въ библіологическому словарю Строева, я получилъ и подтвержденіе своему мнѣнію о принадлежности этого сочиненія Сильвестру Медвѣдеву и въ то же время узналъ о существованіи другаго списка этого сочиненія. Сильвестру Медвѣдеву, по Строеву, кромѣ сочиненіи «хлѣбъ животный», «о маннѣ хлѣба животнаго» и «тетради церкве святыя отъ возмутителей...» принадлежитъ еще: «извѣстіе истинное православнымъ и показаніе свѣтлое о новомъ правленіи въ Московскомъ царствіи книгъ древнихъ; и чесо ради оно начася? и како и съ коихъ книгъ правити на соборѣхъ постановиша и съ оныхъ ли правиша? И чесо ради частое въ новоисправныхъ книгахъ сотворися премѣненіе и тѣмъ народъ возмутися и многообразныя разности въ вѣрѣ явишася и мнози людіе погибоша и погибаютъ? И краткое изъявленіе о нововыѣзжихъ иноземцевъ и ихъ о неправомъ о пресуществленіи и лестномъ на смущеніе правовѣрнымъ писаніи (Написася въ царствующемъ градѣ Москвѣ Спасскаго монастыря, иже за иконнымъ рядомъ, строителемъ, а печатнаго двора справщикомъ монахомъ Сілвестромъ Медвѣдевымъ лѣта 7197-го мѣсяца сентемврія)» [24]. Въ найденной мною рукописи сочиненія Медвѣдева «извѣстіе истинное» изъ собранія Ундольскаго недостаетъ въ двухъ мѣстахъ по листу, въ мѣстахъ весьма интересныхъ и важныхъ въ научномъ отношеніи; поэтому къ извѣстію о существованіи другаго списка нельзя было не отнестись иначе, какъ съ живѣйшею радостью. Но къ несчастію наша радость оказалась преждевременной, такъ какъ отыскать этотъ списокъ оказалось не такъ легко, какъ думалось сначала. Дѣло въ томъ, что списокъ этого сочиненія Медвѣдева, по указанію Строева [25], находится въ московской синодальной библіотекѣ между тетрадями № 438 въ 4’’ на 23 листахъ; но въ настоящее время никакихъ тетрадей въ синодальной библіотекѣ нѣтъ; слѣдовательно цитата Строева оказалась безполезной, пришлось ее бросить и отыскивать сочиненіе Медвѣдева между всѣми рукописями библіотеки самому.

Не разумѣется у Строева рукопись № 438, потому что она содержитъ черновой, правленный Евѳиміемъ, переводъ «Діалоговъ» сочиненія братьевъ Лихудовъ и не только не заключаетъ въ себѣ, какъ одну изъ своихъ составныхъ частей, нашего сочиненія, но не имѣетъ и какихъ либо признаковъ существованія здѣсь когда либо сочиненія Медвѣдева «извѣстіе истинное».

Нѣтъ этого сочиненія и въ другихъ рукописяхъ бывшей патріаршей библіотеки, нѣтъ его и въ различныхъ дѣлахъ столбцахъ и пр..., хранящихся тамъ же. Но, быть можетъ, оно вошло въ составъ т. н. «непереплетенныхъ сборниковъ» московской патріаршей библіотеки? Что оно здѣсь могло быть, въ этомъ я убѣдился самъ случайнымъ образомъ. У Строева въ библіологическолъ же словарѣ значится, что сочиненіе Сильвестра Медвѣдева «тетради церкве святыя отъ возмутителей и слову Божію, яко есть и нынѣ въ пресуществленіи всесильно невѣрующихъ хитрообразнѣ и неправедно на прельщеніе православнаго народа неискуснымъ отъ безымяннаго писанныя» и пр. находится тамъ же въ синодальной библіотекѣ между тетрадями № 452 въ 4’’ на 12 листахъ. Это сочиненіе нашлось въ синодальной библіотекѣ, именно въ числѣ «непереплетенныхъ» сборниковъ, въ непереплетенномъ сборникѣ № 5 на лл. 375-386, составляя одну изъ его составныхъ частей [26]. Судя но этому примѣру, можно бы надѣяться найти и наше «извѣстіе истинное» здѣсь же въ «непереплетенныхъ» сборникахъ (на нѣкоторыхъ тетрадяхъ въ непереплетенныхъ сборникахъ до сихъ поръ сохранились прежніе нумера; въ числѣ ихъ попадаются нумера и близкіе къ нашему). Но его здѣсь не оказалось; мы пересмотрѣли всѣ имѣющіеся непереплетенные сборники и нигдѣ его не нашли. И такъ оставалось вывести заключеніе, что этого сочиненія Медвѣдева, бывшаго въ 30-хъ годахъ въ патріаршей библіотекѣ, въ настоящее время въ ней нѣтъ. Гдѣ же оно? куда оно дѣлось? Вотъ вопросъ, занявшій меня послѣ столь неудачныхъ поисковъ сочиненія Медвѣдева въ патріаршей библіотекѣ. Мнѣ не хотѣлось бросить дѣла на половинѣ и хотѣлось возстановить пробѣлъ въ сочиненіи Медвѣдева по списку Ундольскаго. Мои поиски на этотъ разъ не были безуспѣшны и въ концѣ концовъ мнѣ суждено было найти этотъ, пропавшій изъ патріаршей библіотеки, списокъ сочиненія Медвѣдева. Оказалось, что это сочиненіе изъ патріаршей библіотеки было похищено П. М. Строевымъ «знаменитымъ археографомъ и труженикомъ науки». Но не забѣгая впередъ, поведемъ рѣчь послѣдовательно.

Въ началѣ нынѣшняго [XIX] столѣтія въ патріаршей библіотекѣ кромѣ рукописей сохранялся еще одинъ сундукъ съ мелкими сочиненіямя: грамотами, письмами, столбцами и тетрадями. Въ мартѣ и апрѣлѣ 1833 года Строевъ, по словамъ его панегириста и біографа Н. Барсукова [27], привелъ въ порядокъ большой сундукъ съ различными бумагами, остававшійся до сего врежени не разобраннымъ. Послѣ его «разбора и приведенія въ порядокъ» бумагъ, онѣ въ 1834 году при донесеніи синодальнаго о. ризничаго были представлены вмѣстѣ съ реестромъ-перечнемъ ихъ въ московскую контору Св. Синода на просмотръ, какъ вновь найденныя и не внесенныя въ онись. Разсмотрѣть ихъ — не имѣется ли въ числѣ ихъ «противныхъ вѣрѣ и нравственности» — поручено было сперва канцеляристамъ конторы подъ наблюденіемъ секретаря; а когда они, продержавъ тетради около года, за недостаткомъ времени отказались отъ этого, то тетради были отправлены на просмотръ съ тою же цѣлью синодальному ризничему при указѣ отъ 28 февраля 1835 года. Всѣ эти рукописи, представлявшіяся въ 1834-1835 г. въ синодальную контору, сохранились до сихъ поръ подъ тѣми же категоріями — свитковъ, грамотъ, писемъ, непереплетенныхъ сборниковъ и др. Говорю всѣ, потому что это ясно для всѣхъ чрезъ сличеніе реестра ихъ при представленіи въ контору съ настоящимъ реестромъ ихъ. Изъ всего этого видно, что нашъ списокъ пропалъ изъ патріаршей библіотеки до представленія рукописей въ контору. Но въ 1833 г. Строевъ видѣлъ нашу рукопись въ патріаршей библіотекѣ и отмѣтилъ ее, какъ находящуюся тамъ. Ergo — она пропала въ краткій промежутокъ времени послѣ разбора сундука Строевымъ до представленія рукописей въ синодальную контору.

О страсти неутомимаго труженика науки и неутомимаго собирателя рукописей П. М. Строева присвоивать себѣ чужія рукописи передается столько разсказовъ [28], что у меня послѣ того, какъ я пришелъ къ сейчасъ высказанному выводу, невольно закралось подозрѣніе въ честности Строева и въ данномъ случаѣ. Наше подозрѣніе еще болѣе усилилось по слѣдующему поводу. У Строева и все въ томъ же «библіологическомъ словарѣ» сказано, что черновыя разныя тетради его, письма и выписки (Медвѣдева) составляютъ связку въ патріаршей библіотекѣ между тетрадями подъ № 461 въ 4’’ л. Но читая одну статью, мы встрѣтили замѣтку, что эти черновыя письма Медвѣдева находятся въ настоящее время въ числѣ рукописей М. П. Погодина изъ коллекціи П. М. Строева — въ рукописи, содержащей въ началѣ оглавленіе Макарьевскихъ Миней, а въ концѣ лл. 188-215 эти черновыя письма Медвѣдева [29]; т. е. рукопись, бывшая въ патріаршей библіотекѣ въ числѣ тѣхъ же тетрадей, какъ и наше сочиненіе Медвѣдева, очутилась въ коллекціи Строева. Когда мы обратились, отыскивая свою рукопись, за справками къ коллекціи Строева, мы были почти увѣрены, что найдемъ ее тамъ. И надежда насъ не обманула. Дѣйствительно нашъ списокъ сочиненія Медвѣдева «извѣстіе истинное», принадлежавшій патріаршей библіотекѣ, оказался въ С.-Петербургской императорской публичной библіотекѣ въ числѣ рукописей древлехранилища Погодина (№ 1245) изъ коллекціи Строева. Что эта рукопись императорской публичной библіотеки принадлежала прежде патріаршей библіотекѣ, что она тождественна съ тою, о которой говоритъ Строевъ, въ этомъ не можетъ быть сомнѣнія. Она имѣетъ тотъ же заголовокъ, который приводитъ Строевъ, отличный отъ заголовка рукописи Ундольскаго, то же количество (23) листовъ и вообще всѣ тѣ признаки, которыми снабдилъ ее Строевъ въ своемъ библіологическомъ словарѣ. Сказаннаго я думаю достаточно, чтобы убѣдиться, что наша рукопись патріаршей библіотеки была похищена оттуда Строевымъ. Какъ ни старается панегиристъ Строева г. Барсуковъ отрицать эту наклонность Строева, но всѣ его усилія въ этомъ отношеніи напрасный трудъ. Можно много привести примѣровъ того, какъ Строевымъ были обкрадываемы библіотеки. Если бы можно было гдѣ-либо найти реестръ бумагъ, хранившихся нѣкогда въ патріаршеи библіотекѣ въ столь извѣстномъ сундукѣ, то, я думаю, не малая часть ихъ оказалась бы находящеюся нынѣ «въ императорской публичной библіотекѣ въ числѣ рукописей Погодина изъ коллекціи Строева» [30]. И такъ теперь найденъ и другой списокъ сочиненія Медвѣдева «извѣстіе истинное», мы имѣемъ слѣдовательно полный текстъ этого сочиненія и можемъ поэтому приступить (послѣ краткихъ предварительныхъ словъ) къ обозрѣнію содержанія его.

Списокъ этого сочиненія Медвѣдева въ собраніи Ундольскаго составляетъ отдѣльную тетрадь около 100 листовъ, въ которой кромѣ него не содержится никакой другой статьи; бывшій списокъ патріаршей библіотеки (на 23 листахъ) въ настоящее время входитъ въ составъ одного сборника императорской публичной библіотеки, въ которомъ кромѣ сочиненій Медвѣдева находятся еще и другія различныя полемическія сочиненія; такъ напр. на лл. 58-67 содержится разсужденіе неизвѣстнаго «о несогласіи самихъ съ собою новыхъ книгъ і о неправых в них догматѣх и хульных словах»; — на лл. 88-104 «обличеніе на новопотаенных волков, ходящыхъ во одеждахъ овчихъ, внутрь же суть волци и хищницы, кои матери нашея святыя церкви православным чадомъ многія пакости душевредныя лукавством своимъ наводятъ...» и др. Въ спискѣ Ундольскаго въ двухъ мѣстахъ (первой части сочиненія объ исправленіи книгъ) недостаетъ по листу; бывшій списокъ патріаршей библіотеки имѣетъ эти недостающіе два листа, но въ то же время не имѣетъ 2/3 сочиненія, а только первую его треть. Оно здѣсь очевидно не окончено. Писецъ прервалъ свой трудъ въ началѣ предложенія; послѣднія слова въ этомъ спискѣ слѣдующія: имъ восхотѣся, тако сами от себѣ и твориша. И аще... далѣе ничего не написано, хотя на той страницѣ, гдѣ писецъ кончилъ писать, мѣста еще было много, такъ какъ на ней было написано всего только семь съ половиною строчекъ. Разницы между обоими этими списками нѣтъ никакой, они почти вездѣ буквально слѣдуютъ другъ другу, такъ что всѣхъ разночтеній, и притомъ не существенныхъ, найдется не болѣе 10-15. Единственная разница между ними только въ заголовкѣ; бывшая рукопись патріаршей библіотеки имѣетъ полный, подробный заголовокъ, тогда какъ рукопись Ундольскаго имѣетъ его въ сокращеніи, — тотъ, который находится и въ бывшемъ спискѣ патріаршей библіотеки, но только предъ самымъ текстомъ.

По бывшему списку патріаршей библіотеки онъ такъ читается: « Извѣстіе истинное православнымъ и показаніе свѣтлое о новом правленіи въ Московском царствіи книгъ древнихъ. И чесо ради оно начася и како и с коихъ книгъ правити на соборѣхъ постановиша. И с оныхъ ли правиша? И чесо ради частое в новоисправныхъ книгахъ сотворися премѣненіе, и тѣмъ народъ возмутися, и многообразныя разности в вѣрѣ явишася. И мнози людіе погибоша и погибаютъ. И краткое изявленіе о нововыѣзжих иноземцехъ и ихъ о неправомъ о пресуществленіи и лестном на смущеніе правовѣрныхъ писанію. Написася въ царствующеиъ градѣ Москвѣ Спасскаго монастыря, иже за іконным рядомъ строителем, а печатнаго двора справщиком монахом Сілвестром Медвѣдевымъ. Лѣта 7197-го мѣсяца сентеврія.

А по списку Ундольскаго такъ: « Извѣстіе истинное православнымъ и показаніе свѣтлое о новоправленіи книжномъ и о прочемъ».

Бывшій списокъ патріаршей библіотеки находится нынѣ, какъ мы говорили, въ одномъ изъ сборниковъ императорской публичной библіотеки (№ 1245) на 118-140 листахъ. Первый изъ этихъ листовъ (118) бѣлый; на второмъ листѣ (119) находится только сейчасъ приведенный полный заголовокъ рукописи; а съ третьяго листа (120) послѣ краткаго заголовка, который и въ рукописи Ундольскаго (извѣстіе... и о прочемъ) начинается самое сочиненіе. Пропуски, которые находятся въ рукописи Ундольскаго имѣются въ рукописи публичной библіотеки на лл. 123 об. и далѣе, 127 об. и далѣе. Что это сочиненіе принадлежитъ именно Сильвестру Медвѣдеву, а не кому либо другому, въ этомъ не можетъ быть сомнѣнія. Не говоря уже о полномъ заголовкѣ сочиненія по бывшему списку Патріаршей Библіотеки, гдѣ прямо говорится, что это сочиненіе написано «Спасскаго монастыря, иже за иконнымъ рядомъ, строителемъ, а печатнаго двора справщикомъ монахомъ Сілвестромъ Медвѣдевымъ», не говоря объ этомъ, въ самомъ сочиненіи можно найти много доказательствъ въ подтвержденіе этого положенія. Авторъ «извѣстія истиннаго» называетъ себя также и авторомъ книги «о маннѣ хлѣба животнаго»; эту книгу нѣсколько разъ онъ называетъ своей. Напримѣръ, въ одномъ мѣстѣ читаемъ: «а нынѣ тому сами, яко оными его всемощными словесы пресуществленіе бываетъ, не вѣруютъ и простый народъ неправеднымъ своимъ о томъ толкованіемъ возмущаютъ, имже на сіе въ книзѣ моей, именуемѣй «книга о маннѣ хлѣба животнаго, еже естъ о тѣлѣ и крови Христовѣ», мало прежде сего от меня написаннѣй», и проч... Сочиненіе «о маннѣ хлѣба животнаго» принадлежитъ Сильвестру Медвѣдеву; слѣдовательно ему же принадлежитъ «извѣстіе истинное православнымъ». — Въ другихъ мѣстахъ этого послѣдняго сочиненія противниками автора выставляются Лихуды, которые (по «извѣстію истинному») написали противъ автора: «Акосъ». А извѣстно, что противникомъ Лихудовъ былъ Медвѣдевъ; извѣстно, что «Акосъ» написанъ противъ Медвѣдева. Кажется довольно и этихъ доказательствъ, чтобы съ несомѣнностію утверждать, что авторомъ «извѣстія истиннаго» былъ Сильвестръ Медвѣдевъ.

Когда писано это сочиненіе, объ этомъ мы можемъ судить на основаніи тѣхъ данныхъ, которыя находятся въ немъ самомъ и которыя сообщаются въ полномъ заголовкѣ его, читаемомъ въ бывшемъ спискѣ патріаршей библіотеки. Въ самомъ сочиненіи упоминается вторая недѣля Великаго поста нынѣшняго [7]196 (1688) года; въ полномъ заголовкѣ сочиненія сообщается, что оно написано въ сентябрѣ мѣсяцѣ 1688 года. Далѣе — это сочиненіе написано Медвѣдевымъ еще въ то время, когда онъ занималъ должность справщика; а извѣстно, что съ [7]197 года, т. е. съ сентября 1688 года, Медвѣдевъ былъ уволенъ отъ должности справщика и на его мѣсто назначенъ другой. Подводя итогъ всѣмъ этимъ свѣдѣніямъ, мы не ошибемся, если скажемъ, что это сочиненіе Медвѣдева, будучи начато въ началѣ 1688 года, окончено было въ сентябрѣ мѣсяцѣ того же года. Что касается того обстоятельства, что въ концѣ сочиненія приложены: 1) письма Мазепы и Кирильскаго кіевскаго монастыря игумена Иннокентія Монастырскаго, полученныя въ Москвѣ въ декабрѣ 1688 года и 2) письмо Иннокентія къ Медвѣдеву, полученное въ Москвѣ 3 марта 1689 года, то это нисколько не опровергаетъ нашего мнѣнія о времени написанія сочиненія и объясняется тѣмъ, что они были присоединены къ сочиненію уже послѣ написанія его и, быть можетъ, по мѣрѣ полученія ихъ.

Теперь, покончивши съ предварительными свѣдѣніями объ этомъ сочиненіи Сильвестра Медвѣдева, мы можемъ приступить и къ изложенію содержанія его [31]. По своему содержанію «извѣстіе истинное» можетъ быть раздѣлено на двѣ главныя (если не считать предисловія или вступленія) и притомъ неравныя части. Въ первой части, меньшей по объему (около 1/3 всей рукописи), рѣчь идетъ объ исправленіи богослужебныхъ книгъ въ Московскомъ царствіи при патріархахъ Никонѣ и Іоакимѣ. Кратко содержаніе этой части сочиненія излагается въ полномъ заголовкѣ его по бывшему списку патріаршей библіотеки. Именно: а) по какимъ причинамъ началось исправленіе книгъ? б) какъ и съ какихъ книгъ постановлено исправлять на соборахъ? в) съ нихъ ли правили? г) почему произошло въ новоисправленныхъ книгахъ частое «премѣненіе, благодаря чему «возмутися народъ, явились многообразныя разности въ вѣрѣ и погибли и погибаютъ многіе люди»? Вторая бóльшая часть сочиненія (около 2/3 всего) трактуетъ о «нововыѣзжихъ иноземцахъ» самобратіяхъ Лихудевыхъ и ихъ ученіи о времени пресуществленія св. Даровъ въ таинствѣ Евхаристіи. Для насъ лично гораздо бóльшій интересъ представляетъ первая часть сочиненія объ исправленіи богослужебныхъ книгъ. На этой первой части мы и сосредоточимъ свое преимущественное вниманіе.

Въ предисловіи Медвѣдевъ разсуждаетъ о достоинствѣ правды и ея высотѣ, въ подтвержденіе своей мысли приводя доказательства изъ «писанія божественнаго и всѣхъ мудрыхъ человѣкъ, аще и еллінскихъ». Во всѣхъ дѣлахъ мірскихъ, говоритъ Медвѣдевъ, неправда, прелщеніе и ложь мерзки Богу и людямъ; тѣмъ болѣе они мерзки въ дѣлахъ, «къ славѣ Божіей и человѣческому душевному спасенію належащихъ». Отъ правды зависитъ благоденствіе и общества и всего государетва, какъ утверждаетъ Давидъ (псаломъ 118), Соломонъ, Плято (діалогъ 7 о граждан.) и Аристотель (кн. 4 нравоуч. и кн. 5). «Мерзѣйшаго, вреднѣйшаго и мучительнѣйшаго, чѣмъ ложь, въ мірѣ между человѣки обрѣстися ничтоже можетъ». Продолжая развивать эту же мысль, Медвѣдевъ приводитъ свидѣтельства Давида (псаломъ 14), мудраго Пiтагора и Іоанна святаго. Если лесть поносна злость есть, то чтоже когда она бываетъ содѣлана умыслнѣ? Назвать ее иначе не можемъ, говоритъ Медвѣдевъ, какъ діаволскимъ сѣменемъ, потому что діаволъ — отецъ лжи». Плоды стараній діавольскихъ до христіанства — идолослуженіе, а въ христіанствѣ ереси. Еретики стали растлѣвать писаніе св. отцовъ, какъ это было доказано на флорентійскомъ соборѣ; они заняли даже и епископскіе престолы. Отчего все это? спрашиваетъ Медвѣдевъ. Не отъ иного чего любо, а отъ того, что мнози греки — люди неправедные, сребролюбцы, больше любятъ ложь, чѣмъ истину. «Не хотя далѣе шествовати, заключаетъ свое предисловіе Медвѣдевъ, хощу о настоящемъ у насъ дѣлѣ, аще и со жалостію веліею воспомянуть, что нынѣ творится и откуда началось въ Россіи такое въ вѣрѣ развращеніе». Все это случилось у насъ не отъ чего иного, какъ отъ новыхъ греческихъ печатныхъ книгъ, которыя печатаются въ городахъ латинской вѣры и люторской и кальвинской ереси и которыя несогласны съ древними греческими рукописменными книгами. Вслѣдъ за этимъ предисловіемъ Медвѣдевъ приступаетъ къ болѣе подробному изложенію и подтвержденію своего мнѣнія, высказавнаго въ концѣ предисловія, о причинѣ развращенія въ вѣрѣ въ Россіи, заимствуя факты въ подтвержденіе своего мнѣнія изъ оффиціальной исторіи исправленія богослужебныхъ книгъ при патріархѣ Никонѣ, напечатанной въ предисловіи къ служебнику 1655 года. Когда возведенъ былъ на патріаршескій престолъ Никонъ, ему «вложися в трудъ» разсмотрѣть св. писаніе; между книгами своей патріаршей библіотеки онъ нашелъ соборную греческихъ архіереевъ (константиноп. собора 7101 года) грамоту объ утвержденіи патріаршества въ Россіи, въ которой между прочимъ поручалось русскому патріарху истреблятъ новины, такъ какъ онѣ бываютъ причиной церковнаго смятенія и разлученія. Прочтя эту грамоту, патріархъ Никонъ «въ страхъ великъ впаде, опасаясь: нѣтъ ли въ чемъ у насъ русскихъ погрѣшности сравнительно съ греками. Онъ сталъ тщательнѣе изслѣдовать это дѣло и нашелъ много несогласнаго у насъ на Руси сравнительно съ греками (а какого несогласія того тамъ (т. е. въ предисловіи къ служебнику 1655 года, откуда все это взято) не изъявлено», замѣчаетъ въ скобкахъ Медвѣдевъ, какъ въ литургіи, такъ и въ другихъ книгахъ. Посовѣтовавшись съ царемъ Алексѣемъ Михаиловичемъ, Никонъ рѣшилъ созвать соборъ, который дѣйствительно и состоялся въ 1654 году подъ предсѣдательствомъ царя Алексѣя Михаиловича и патріарха Никона и при участіи пяти митрополитовъ — четырехъ русскихъ и одного сербскаго, четырехъ архіепископовъ, одного епископа — Павла Коломенскаго, 11 архимандритовъ и игуменовъ и 13 протопоповъ.

Соборъ 1654 года, какъ извѣстно, былъ открытъ рѣчью Никона, напечатанною и въ дѣяніяхъ соборныхъ и въ предисловіи къ служебнику 1655 года. Медвѣдевъ приводитъ сполна эту рѣчь Никона и даже дополняетъ ее. По поводу заключительныхъ словъ патріарха Никона: слѣдовать ли новымъ московскимъ книгамъ или древнимъ греческимъ и славянскимъ, Медвѣдевъ замѣчаетъ въ скобкахъ: «внимай, боголюбезный, правовѣрный читателю, прилѣжно, како здѣ святѣйшій патріархъ Никонъ древнія греческія рукописи и славянскія харатейныя книги похваляетъ и съ ними весма тщится во всемъ согласное имѣть»; а что въ книгахъ несогласно и то, какъ новое научаетъ отринуть, причину, почему такъ дóлжно сдѣлать, онъ даетъ свѣтлую: яко дабы намъ всѣмъ спасеніе улучити, какъ и св. митрополиты Петръ, Алексій, Іона и Филиппъ. Они, продолжаетъ Медвѣдевъ, по старымъ харатейнымъ книгамъ право правили истину слова Божія и поэтому и Богу угодили. А послѣ нихъ въ настоящее время нѣкоторые духовные, оставя эти правыя харатейныя древнія книги, которыя сходны съ древними харатейными греческими книгами и по которымъ всѣ русскіе святые угодили Богу, «возлюбили новыя греческія у нѣмецъ печатныя книги и, переводя съ нихъ и притомъ не совсѣмъ вѣрно, начали, не исправя, печатать и вслѣдствіе того едва не вседневною въ книгахъ премѣнностью православный народъ смущати»; отъ каковаго ихъ смущенія, Богъ вѣсть, сколько темъ сотъ душъ православныхъ погибло. Но въ познаніе совершенной истины они придти не хотятъ, потому что ихъ сердце омрачиюсь неразуміемъ, почему Богъ и «попусти ихъ въ неискусенъ умъ творити неподобная». Древнимъ греческимъ и россійскимъ книгамъ, заключаетъ Медвѣдевъ, по которымъ спаслись наши святые, «соглашатися не хощутъ, по новопечатнымъ греческимъ у нѣмецъ книгамъ соглашающееся с ними и имъ послѣдствуютъ».

Медвѣдевъ далѣе излагаетъ отвѣтъ собора на рѣчь Никона: «достойно и праведно исправить словенскія печатныя книги противу старыхъ харатейныхъ россійскихъ и греческихъ книгъ, дабы старыя харатейныя греческія и россійскія книги во всякой цѣлости пребыли, по которымъ всѣ древніе русскіе святые спаслись»; — говоритъ о собраніи рукописей въ Москву изъ древнихъ россійскихъ книгохранительницъ и о сношеніяхъ съ константинопольскимъ патріархомъ, говоритъ до буквальной точности согласно съ предисловіемъ къ служебнику 1655 года. Медвѣдевъ излагаетъ даже и содержаніе отвѣтнаго посланія патріарха константинопольскаго, причемъ дѣлаетъ различныя замѣчанія. Патріархъ константинопольскій, говоритъ Медвѣдевъ, въ отвѣтъ на посланіе патріарха Никона прислалъ соборное опредѣленіе, въ которомъ повелѣвалось слѣдовать во всемъ писаніямъ древнихъ великихъ учителей православной восточной церкви, находящимся въ ветхихъ книгахъ — греческихъ и славянскихъ (а не новыхъ учителей, замѣчаетъ въ скобахъ Медвѣдевъ, и не новопечатныхъ у нѣмецъ книгамъ) и въ которомъ похвалялось стараніе патріарха — держаться древности святыхъ отецъ. «а новость всяку отрѣвать». (Зри, боголюбезный читателю, замѣчаетъ опять въ скобкахъ Медвѣдевъ, како всегда древность святая отъ всѣхъ хранима и похваляема бяше. А нынѣ духовніи наши, ону благопохвалную древность святую оставивше, паче тоя новость возлюбиша, яже содѣла въ церкви веліе смущеніе и душъ правовѣрныхъ погубленіе).

Приведя изъ посланія константинопольскаго собора извѣстіе о постепенномъ устроеніи чина церковнаго, Сильвестръ Медвѣдевъ, обращаясь къ современникамъ, говоритъ, что нынѣшные духовные, считая себя мудрыми и «новымъ у нѣмецъ печатнымъ греческимъ книгамъ послѣдствующе», презираютъ старыя правыя греческія и славянскія писменныя книги и многія хулятъ. Убѣжденій противныхъ они не слушаютъ; «самыя правды и сами не знаютъ, только честію своею величаются и, не хотя показать людямъ ради стыда себѣ своего невѣдѣнія», повелѣваютъ всѣмъ безъ всякаго разсужденія, слушать ихъ, и всегда отъ всякой правды, противъ которой не могутъ противиться, защищаются Христовымъ словомъ: слушаяй васъ Мене слушаетъ, а отметаяйся васъМене отметается. А въ чемъ дóлжно людямъ слушать ихъ, того они не говорятъ, и этими Христовыми словами неправедно устрашаютъ «неискусныхъ въ разсужденіи» людей. Но духовныхъ, говоритъ Медвѣдевъ, дóлжно слушать только тогда, когда ихъ слова согласны съ ученіемъ Христовымъ и писаніемъ древнихъ св. отецъ; а новаго ихъ ученія противнаго Христову ученію и писанію и законоположенію древнихъ святыхъ отецъ слушать не дóлжно, — какъ напримѣръ, ученія ихъ о времени пресуществленія св. Даровъ въ таинствѣ Евхаристіи, — «о чемъ въ книзѣ моей, именуемѣй «книга о маннѣ хлѣба животнаго, еже есть о тѣлѣ и крови Христовѣ», пространно изъявляется».

Послѣ этихъ словъ Медвѣдевъ возвращается къ начатому имъ разсказу объ исправленіи богослужебныхъ книгъ при патріархѣ Никонѣ. Царь Алексѣй и патріархъ Никонъ, получивши грамоту константинопольскаго собора, прочли ее и, считая недостаточными находившіяся въ Москвѣ рукописи, рѣшили послать на востокъ старца Арсенія Суханова для собранія старописанныхъ книгъ (По поводу послѣднихъ словъ Медвѣдевъ замѣчаетъ: внимай, читателю, не о новыхъ греческихъ у нѣмецъ печатаныхъ книгахъ промышленіе бяше, с которыхъ бы согласную истинну древнихъ святыхъ отецъ познати, но о древнихъ рукописменныхъ). Боголюбивые начальники Аѳонской горы дали Арсенію Суханову около 500 рукописей, изъ которыхъ нѣкоторыя весьма древнія (перечисляются тѣ же, что и въ предисловіи къ служебнику 1655 года), — и кромѣ того нѣкоторыя лица сами отъ себя прислали въ Москву еще «не менѣе двою сотъ книгъ различныхъ древнихъ».

По собраніи рукописей, царь Алексѣй и патріархъ Никонъ созвали соборъ, на которомъ были 3 патріарха — Никонъ, Макарій антіохійскій и Гавріилъ сербскій и другія духовныя лица. На соборѣ разсматривали всѣ старописанныя греческія и славянскія книги и нашли, что древнія греческія съ ветхими славянскими во всемъ согласны, а въ новыхъ московскихъ печатныхъ книгахъ въ сравненіи съ древними греческнми и славянскими отцы собора нашли многія несогласія и погрѣшности (По поводу этихъ словъ Медвѣдевъ опять въ скобкахъ замѣчаетъ: зри, православный читателю, прилѣжно, како на ономъ соборѣ вси разсмотриша наша славянскія древнія книги со греческими древними рукописменными во всемъ согласны быти, а не с новыми греческими у нѣмецъ печатными кнігами. А послѣ того собора всѣ кніги древнія славенскія и греческія оставивше, правили с новопечатных греческих у нѣмецъ. А тѣ кніги с древними греческими и славенскими не согласны. И тѣмъ в міръ великій соблазнъ введоша). Послѣ того какъ отцы собора пришли къ этому заключенію, они рѣшили, отъ греческихъ и славянскихъ древнихъ книгъ истинное избравше и исправивъ во всемъ служебникъ, согласивъ его съ древними греческими и славянскими, напечатать его; и не только его, но и всѣ другія богослужебныя книги, исправивъ ихъ по древнимъ греческимъ и славянскимъ рукописямъ.

Изъ сего, говоритъ Медвѣдевъ, всякій благочестивый истинный христіанинъ можетъ познать правду святую отъ неправды, истину правую отъ прелести. Какъ коварные люди прежде лестными своими словами прелстили святѣйшаго патріарха Никона, начаша самую ему правду объ исправленіи книгъ предлагать; а дѣломъ самымъ ино промышлять, хотя всѣ нашли древнія греческія и славянскія книги правильными и съ нихъ узаконили править. «И та ихъ хитрость непознася, оставивше они греческія и славенскія древнія самыя книги, начаша правити съ новопечатныхъ у нѣмецъ греческихъ книгъ». А въ предисловіи книги служебника пишутъ они, что они исправили его по греческимъ и славянскимъ древнимъ рукописямъ и во всемъ согласили и увѣщаютъ православный народъ, чтобы онъ вѣрилъ этой книгѣ, какъ достовѣрной, и ни въ чемъ не сомнѣвался, потому что она исправлена по древнимъ греческимъ и славянскимъ рукописямъ. «А та книга служебникъ, говоритъ Медвѣдевъ, правлена не съ древнихъ греческихъ рукописменныхъ и славенскихъ, но снова у нѣмецъ печатной греческой безсвидѣтелствованной книги: у нея же и начала нѣсть и гдѣ печатана невѣдомо». И когда «по немалыхъ лѣтѣхъ» по указу Государя «ради достовѣрнаго книжнаго свидѣтелства и справки» былъ на печатномъ дворѣ справщикомъ Аѳонской св. горы архимандритъ Діонисій, онъ эту «у нѣмецъ печатную книгу сдужебникъ разсмотря, на страницахъ подписалъ своею рукою на обличеніе тоя неправыя книги словеса бранная, здѣ писати неприличная; а та книга и нынѣ обрѣтается въ книгохранителницѣ на печатномъ дворѣ».

Эта «греческая у нѣмецъ нечатная безсвидѣтелствованная книга, у нея же и начала нѣсть и гдѣ печатана невѣдомо», по которой, по словамъ Сильвестра Медвѣдева, производилось исправленіе служебника 1655 года, существовавшая и при немъ, сохранилась и до нашего времени тамъ же, гдѣ хринилась и во времена Сильвестра Медвѣдева, въ книгохранительницѣ печатнаго двора, — въ библіотекѣ московской синодальной типографіи (№ 81 новый и № 2619 старый). Это есть евхологій, напечатанный въ 1602 году ἐν ἐτίησιν παρὰ τῷ Ἀντωνίῳ τῷ Πινέλλῳ [32]). — У этого евхологія дѣйствительно «начала нѣсть», нѣтъ сорочки или заглавнаго листа и одного листа оглавленія; нѣтъ и конца, такъ какъ послѣдніе листы оторваны. «Безсвидѣтелствованной» Медвѣдевъ вѣроятно называетъ ее потому, что она не имѣетъ свидѣтельства, выходнаго листа, выходу (паспорта, какъ называютъ нѣкоторые любители книжной старины), который обыкновенно находился при книгахъ московскаго изданія и въ которомъ говориось, что та или другая книга печаталась по указу государя и благословенію патріарха. О мѣстѣ печатанія этого евхологія узнается изъ послѣдняго листа, наклееннаго на второй половинѣ переплета; во времена Медвѣдева этотъ листъ или былъ заклеенъ или просто на просто Медвѣдевъ не замѣтилъ его.

«Словеса бранныя», которыя написалъ на этомъ евхологіи архимандритъ Діонисій сохранились и до нашего времени. На 4 стр. (на оборотѣ) въ евхологіи на подяхъ имъ было написано: «собакин бдя+4+8+50 [33] сын, худо, не исправлено, печатал здѣ». Въ данномъ мѣстѣ въ евхологіи излагается «уставъ священнослуженія», причемъ евхологій 1602 года и служебникъ 1655 года не вполнѣ согласны между собой.

Въ евхологіи (въ чинѣ утрени): «всяко дыханіе (въ переводѣ). И діаконъ: премудрость прости, услышимъ святаго Евангелія; іерей: миръ всѣм и абіе наноситъ...

Въ служебникѣ [34]: всяко дыханіе. Діаконъ: и о сподобитися намъ слышанію святаго Евангеліа Господа Бога молимъ.Людiе: Господи помилуй трижды. Священникъ: миръ всѣмъ. Людіе: и духови твоему. — Діаконъ: премудрость прости, услышимъ святаго Евангелія. — И священникъ абіе наноситъ.

На 18 стр. (обор.) евхологія начинается отдѣленіе подъ заглавіемъ: Σύντομος ἐρμηνεία περὶ τοῦ τίνα τὰ δεξιὰ μέρη τοῦ ἁγίου ἄρτου, ἐν οἶς τιϑέναι εἰώϑαμεν τό τε ἅγιον ποτήριον τὴν σϕραγίδος τῆς ϑηοῦ ϰαὶ τὰς λοιπὰς τῶν ἁγίον ἐννέα μέριδας ϰαὶ τίνας ἔνεϰεν ἐννέα ϰαὶ οὐ πλείους ἢ ἐλάττους τιϑέμεϑα. Строчекъ 6-7 спустя послѣ начала этого отдѣленія, начинаетея другая замѣтка архимандрита Діонисія: «вовсее вракаешъ безумный человѣче здѣ», «до здѣ», т. е. до конца отдѣленія. На стр. 27 об. евхологія на поляхъ новая замѣтка: «бридиш» противъ словъ: «и діаконъ (послѣ возгласа въ первыхъ помяни Господи) при дверехъ стоя глаголетъ: имрекъ патріарха, митрополита или епископа или ктобы былъ и прочая». — Въ служебникѣ имѣется также, вполнѣ согласно съ евхологіемъ, нѣтъ только слова: «епископа». На л. 38 евхологія находится еще одна замѣтка архимандрита Діонисія: «гаразда бридиш здѣ су+20+8+50 сын: не тако надобнѣ». Слова эти написаны опять противъ этихъ же словъ въ литургіи Василія Великаго, причемъ служебникъ съ евхологіемъ опять сходенъ за незначительными измѣненіями. Вотъ всѣ замѣтки, сдѣланныя на этомъ евхологіѣ архимандритомъ Аѳонской горы Діонисіемъ. Кромѣ тото на первой половинѣ переплета крупнымъ полууставнымъ почеркомъ написано: «Арсенія грека мниха», и немного ниже тою же рукою: «потребна». Послѣ этого отступленія возвращаемся опять къ повѣствованію Сильвестра Медвѣдева.

Въ служебникѣ изданія 7166 года, продолжаетъ Медвѣдевъ, по поводу находящихся тамъ словъ о св. литургіи, что она печатана по уставу константинопольской великой церкви и святой лавры, онъ же архимандритъ Діонисій написалъ: не хощу лгать на великую церковь и на святую гору Аѳонскую; «и отъ сего писанія, прибавляетъ Медвѣдевъ, явно есть, яко тамо не тако». И эта книга и нынѣ въ тое же книгохранителницѣ на печатномъ дворѣ» [35].

И другія древнія харатейныя славянскія книги, которыя на соборѣ были свидѣтельствованы, что во всемъ согласны съ древними греческими книгами, и съ которыхъ было постановлено править московскія книги, всѣ они (древнія славянскія) были чернены противъ новопечатныхъ у нѣмецъ гречеекихъ книгъ. «За грѣхи наши, говоритъ Медвѣдевъ, тѣ правители книжныя въ такое неразуміе пришли, еже елико выходовъ бяше, то ни единъ съ единымъ во всемъ служебннкъ согласенъ показася». И вездѣ говорятъ, что они все правили съ древнихъ греческихъ и славянскихъ рукописей; а когда ихъ спрашиваютъ: отчего во всѣхъ книгахъ «разность многая»? Они отвѣчаютъ, что въ прежнихъ выходахъ «гораздо ради поспѣшенія не осмотрилися».

Послѣ нѣсколькихъ, несогласныхъ между собой изданій служебникъ былъ разсмотрѣнъ на соборѣ 7175 (1667) года. Служебникъ 7166 года, говоритъ Медвѣдевъ, былъ на соборѣ изслѣдованъ и исправленъ «на лучшее украшеніе церкве Божіи въ нѣкихъ чинѣхъ церковныхъ, не постигшихъ же исправитися тогда во ономъ служебникѣ забвенія ради и сокращенія греческаго служебника и скораго дѣля поспѣшенія». Медвѣдевъ перечисляетъ и «вины» служебника 7166 года, которыя были указаны на соборѣ, заимствуя перечисленіе ихъ изъ предисловія къ служебнику 1667 года, и кромѣ того приводитъ оттуда же два увѣщанія — о новоисправленномъ служебникѣ, что онъ (служебникъ) исправленъ «не просто и не отъ своего разума, но совѣтомъ всѣхъ архіереевъ ова отъ добрыхъ греческихъ переводовъ, ова множае отъ обычаевъ святой восточной церкви, яже за сокращеніе во греческихъ служебникахъ (отъ нихъ же и сей служебникъ исправися) иная и не писана суть, точію на указѣхъ обрѣтаются [36]. Вслѣдъ за тѣми увѣщаніями, Медвѣдевымъ приводятся двѣ выписки изъ дѣяній собора 1666-1667 годовъ, одна о новоисправленномъ служебникѣ (изъ 24 статьи «книга служебникъ, яко же прежде...»), другая изъ втораго счисленія на л. 6. (сіе наше соборное повелѣніе и завѣщаніе... мѣсяца маіа въ 13 день), такъ называемая клятва соборная [37]. Приведя эти выдержки, Медвѣдевъ говоритъ, что отсюда всякому видно, съ какимъ прилѣжнымъ тщаніемъ былъ исправленъ соборомъ служебникъ и какими страшными клятвами было утверждено, чтобы никто не прибавилъ чего либо въ этой книгѣ.

Бывшій въ то время начальникомъ печатнаго двора Дмитрій Ероѳѣевъ Алмазовъ, «мужъ благочестивъ», зная о частомъ и непостоянномъ исправленіи книгъ и о смущеніи народномъ вслѣдствіе этого, велѣлъ напечатать этотъ исправленный служебникъ въ количествѣ 12.000 экземпляровъ, чтобы хотя эта книга пребыла въ согласіи нѣсколько лѣтъ безъ измѣненія. Въ такомъ количествѣ экземпляровъ было напечатано только пол-осмы тетради, такъ какъ проклятый бѣсъ чрезъ орудіе свое справщика старца Евѳимія «оному дѣлу сотвори препятіе». По его промышленiю велѣно было печатать тѣхъ книгъ только 2.400 экземпляровъ. «И во оныхъ книгахъ, не бояся соборныя клятвы своимъ непостоянствомъ, паче же безуміемъ, переправилъ многое и сдѣлалъ 50 четвертокъ». И впослѣдствіи, когда печатался во второй разъ исправленный (соборомъ 1666-1667 годовъ) служебникъ (въ количествѣ 1.200 экземпляровъ), онъ Евѳимій своими переправками въ немъ сдѣлалъ еще 25 четвертокъ. И эти книги, не боясь страшной соборной клятвы, «отъ заручнаго соборнаго справнаго служебника» своею переправкою сдѣлалъ разгласны.

Тотъ же старецъ Евѳимій, сочинившій книгу — «чиновникъ архіерейскаго священнослуженія» (въ 7183 г.), сдѣлалъ въ немъ многія измѣненія противъ заручнаго чиновника (патріарха Іоакима и другихъ русскихъ архіереевъ), не смотря на запрещеніе, находящееся въ самомъ чиновникѣ (л. 6 и 7), измѣнять что либо въ немъ.

Въ этой книгѣ въ литургіяхъ св. Златоустаго (на л. 123 и 124) и Василія Великаго (на л. 200 и 201) «нанисано свѣтло о поклоненіи на Христовы словеса», т. е. при произнесеніи совершителемъ таинства Христовыхъ словъ: пріимите, ядите... и пр. и пійте отъ нея вси... и пр.; и кто этого не дѣлаетъ, тѣ всѣ страшными клятвами прокляты. Сами же духовніи, не страшась этой своей клятвы и преступая ее, не почитаютъ Христовыхъ словесъ и поклоненія нискаго и богонадобнаго не творятъ и не хотятъ творить. Людямъ велятъ, говоритъ Медвѣдевъ, дѣлать то а сами не дѣлаютъ этого и даже поступаютъ напротивъ. Сперва заповѣдаютъ во вѣки хранить то безъ всякаго измѣненія, а потомъ и сами этого не хотятъ творить и людямъ запрещаютъ дѣлать это. Что прежде утверждали себѣ и людямъ ко спасенію, то впослѣдствіи «и себѣ и людямъ повѣдаютъ быть въ вѣчную душевную погибель. А кто имъ говоритъ объ этомъ ихъ непостоянствѣ, что они подобными дѣлами возмущаютъ народъ, того они безъ всякаго разсужденія проклинаютъ, основываясь на Христовыхъ словахъ: слушаяй Меня... и елика аще свяжете…

Въ слѣдующемъ за тѣмъ продолжительномъ разсужденіи Медвѣдевъ доказываетъ, что архіереи не имѣютъ безусловной власти вязать и рѣшить. Если бы архіереи имѣли такую власть, замѣчаетъ Медвѣдевъ, то они всѣхъ своихъ сродниковъ и друзей мирскихъ и знакомыхъ обогатили и своимъ разрѣшеніемъ вселили въ небо и поэтому въ мукахъ были бы только тѣ, которые сродства съ архіереями и милости отъ нихъ не имѣли. Медвѣдевъ далѣе доказываетъ, что кого архіереи праведно на землѣ не ради своихъ какихъ либо человѣческихъ прихотей свяжутъ, тотъ дѣйствительно будетъ связанъ и на небѣ. Поэтому всякому дóлжно бояться справедливой архіерейской клятвы или связанія, а несправедливой не дóлжно бояться, потому что та несправедливая клятва на нихъ самихъ возвращается, а кого они прокляли, къ тѣмъ она «никакоже прикоснется».

Послѣ этого разсужденія Медвѣдевъ опять возвращается къ повѣствованію о книгѣ «чиновникѣ архіерейскаго священнослуженія». Архіереи, говоритъ Медвѣдевъ, не обращаютъ вниманія на свои клятвы. Это уже было видно изъ сейчасъ представленнаго примѣра — о поклонѣ при произнесеніи Христовыхъ словъ; тотъ же чиновникъ архіерейскаго священнослуженія представляетъ еще другой примѣръ нарушенія архіереями своихъ клятвенныхъ повелѣній. Въ немъ (архіерейскомъ служебникѣ) съ страшными клятвами утверждено, какъ всюду именоваться святѣйшему патріарху: «великій господинъ святѣйшій кѵръ Іоакімъ, милостію Божіею, патріархъ московскій и всея Россіи»; а теперь патріархъ, «то соборное постановленіе презрѣвъ», пишетъ другой титулъ: «Іоакимъ, милостію Божіею, патріархъ царствующаго великаго града Москвы и всея Россіи»; а немного спустя иной: «великій господинъ святѣйшій кѵръ Іоакімъ московскій и всея Россіи и всѣхъ сѣверныхъ странъ патріархъ». Тѣмъ явѣ, говоритъ Медвѣдевъ, самъ свое соборное постановленіе пренебрегъ и иное, якоже восхотѣ, постанови.

Подобный же примѣръ представляетъ еще и «уставъ» типикъ патріарха Іоакима (изд. 1682 года). Въ уставѣ [«который строилъ у себя въ дому патріархъ Іоакимъ не одно лѣто и потомъ самъ со всѣми архіереями многое время свидѣтельствовали и руками своими подписали, что все въ немъ истинно безъ всякой новшести и того ради вся книги на печатномъ дворѣ впредь повелѣли печатать съ онымъ уставомъ во всемъ согласуя»] было написано открывать главы во св. литургіи на молитву Господню: Отче нашъ; а самъ патріархъ, взирая на нынѣшнихъ грековъ, не хочетъ открывать главы и не открываетъ. И не только это сдѣлалъ, но и весь новоисправленный уставъ и соборомъ утвержденный повелѣлъ опять вновь исправить и исправленъ; а «какъ исправленъ, о томъ извѣстія не имамы, ибо справщикомъ не являютъ, но держатъ у себе». Въ томъ же новоисправленномъ заручномъ уставѣ написанъ указъ всего священнослуженія, «невѣмъ откуды, весма разгласенъ съ уставомъ, каковъ написанъ въ заручномъ соборномъ при патріархахъ служебникѣ (въ служебникѣ же написано, что переведено съ древнихъ греческихъ уставовъ)». Иное въ этомъ новоисправленномъ уставѣ откинуто, иное прибавлено, иное измѣнено. Если бы кто либо прочелъ хотя бы «одни книги служебники, говоритъ Медвѣдевъ, отъ начала правленія всѣхъ выходовъ, также и иныя всѣ новоисправленныя книги, многая обрѣлъ бы въ нихъ премѣненія, прибавленіе, уятіе».

Всѣ говорятъ, продолжаетъ Медвѣдевъ, что книги правлены съ древнихъ греческихъ и славянскихъ харатейныхъ рукописменныхъ книгъ, а ни одна книга новоисправленая, какъ служебникъ, такъ и другія, не можетъ быть найдена во всемъ согласною съ древними греческими рукописями и съ древними славянскими харатейными книгами, но каждая «имѣетъ разгласіе»; и чѣмъ далѣе правятъ, тѣмъ больше дѣлаютъ по своимъ прихотямъ премѣненія и этимъ смущаютъ православный народъ. А въ настоящее время нѣкоторые духовные дошли до такого безумія, что утверждаютъ, что и всѣ наши древніи славянскія харатейныя книги неправы, которыя прежде на многихъ соборахъ были признаны согласными съ древними греческими рукописями. А теперь эти книги они называютъ неправыми, потому что обличаютъ ихъ неправое мудрствованіе. А когда ихъ («теперешнихъ духовныхъ») спрашиваютъ: отъ кого они знаютъ это (что русскія книги неправы)? Они отвѣчаютъ: отъ новыхъ греческихъ ученыхъ іеромонаховъ Іоанникія и Софронія Лихудовъ. Это и служитъ для Медвѣдева переходомъ ко второй части своего изслѣдованія — къ повѣствованію о Лихудахъ и разбору ихъ ученія о времени пресуществленія св. Даровъ въ таинствѣ Евхаристіи.

Медвѣдевъ излагаетъ исторію пріѣзда въ Москву Лихудовъ, приводитъ грамоту, данную имъ отъ восточныхъ патріарховъ, и совѣтуетъ остерегаться ихъ и не довѣрять имъ вполнѣ, такъ какъ они, можетъ быть, подосланы отъ латинянъ или люторовъ или калвиновъ на возмущеніе нашей православной вѣры, какъ прежде былъ подосланъ митрополитъ Исидоръ. Переходя затѣмъ къ разбору ихъ ученія о времени пресуществленія св. Даровъ въ таинствѣ Евхаристiи, онъ доказываетъ, что изложенное ими мнѣніе по этому вопросу въ ихъ сочиненіи «Акосъ или врачеваніе, противуполагаемое ядовитымъ угрызеніямъ зміевымъ», несправедливо, такъ какъ по мнѣнію Медвѣдева, св. Дары пресуществляются при произнесеніи словъ пріимите, ядите... и пійте отъ нея вси, а не при произнесеніи совершителемъ таинства молитвы: и сотвори убо хлѣбъ сей и пр., какъ утверждали Лихуды. Свое мнѣніе Медвѣдевъ подтверждаетъ свидѣтельствами апостола Павла, Василія Великаго, Іоанна Златоустаго, Григорія Богослова, Діонисія Ареопагита, Іустина философа, священномученика Иринея, Кипріана, Кирилла Іерусалимскаго, Кирилла Александрійскаго, Григорія Нисскаго, Евсевія, епископа Самосатскаго, Амвросія, Ефрема Сирина, Іоанна Дамаскина, блаженнаго Ѳеофилакта и свидѣтельствами, взятыми изъ пролога и дѣяній VII вселенскаго собора. Эта вторая часть сочиненія Медвѣдева для насъ лично представляетъ мало интереса, почему мы и считаемъ достаточными сдѣланныя нами замѣчанія [38].

Въ концѣ къ своему «извѣстію истинному православнымъ» Сильвестръ Медвѣдевъ присоединяетъ 3 письма, — одно отъ гетмана Ив. Ст. Мазепы къ думному дворянину Ѳ. Л. Шакловитому (приблизительно отъ декабря 1688 г.), въ которомъ Мазепа увѣдомляетъ о полученіи присланныхъ патріархомъ Іоакимомъ въ Кіевъ книгъ, сочиненіе братьевъ Лихудовъ, и что отвѣтъ на это сочиненіе пишетъ игуменъ Кириловскаго кіевскаго монастыря Иннокентій Монастырскій; другое письмо — игумена Монастырскаго къ гетману, что онъ игуменъ читалъ московскія книги и отвѣтъ на нихъ отъ лица всей малороссійской церкви скоро напишетъ; въ третьемъ письмѣ того же игумена Монастырскаго къ Медвѣдеву отъ 9 февраля 1689 года, первый хвалитъ Медвѣдева, увѣдомляетъ о полученіи въ Кіевѣ «Акоса» Лихудовъ и о скорой присылкѣ отвѣта отъ малороссійской церкви на это сочиненіе, въ которомъ находится «едина ересь», да «недоумѣніе школное». Этимъ приложеніемъ и оканчивается сочиненіе Медвѣдева «извѣстіе истинное православнымъ и показаніе свѣтлое о новоисправленіи книжномъ и о прочемъ».

Примѣчанiя:

[1]
См. статью Образцова: Кіевскіе ученые въ Великороссіи въ «Эпохѣ» за 1865 г., январь.
[2]
«Щитъ Вѣры»; рук. импер. публ. библіотеки, отд. 1 въ листъ. № 567.
[3]
См. указанную его выше статью въ «Эпохѣ».
[4]
См. розыскныя дѣла о Ѳедорѣ Шакловатомъ и его сообщникахъ. Изданіе археографич. коммиссіи. Т. I. Дѣло о Медвѣдевѣ № XXIX показанiе пѣвчаго Лаврентія.
[5]
Изъ 603 книгъ; была описана и взята подъ присмотръ; см. Временникъ общества ист. и древн. росс. Т. ХVI; см. «Вѣстн. Европы» 1827 г. № 16. — Часть книгъ въ синодальyой библіотекѣ, часть въ московск. семинаріи и москов. комитетѣ для цензуры духовныхъ книгъ, а самая большая часть въ московской синодальной типографской библіотокѣ. — Чтенія импер. общ. ист. и древн. россійс. 1846 г. № 3.
[6]
«Оглавленіе книгъ, кто ихъ сложилъ».—Ундольскій (чтенія общ. ист. и древн. росс. 1845 г. № 3) весьма обстоятельно разобралъ это оглавленіе со всѣми пріемами ученой критики; онъ нашелъ и доказалъ въ трудѣ Медвѣдева всѣ тѣ качества, какія требуются отъ библіографа: полноту, точность, вѣрность указаній и ссылокъ и проч.
[7]
См. приходорасходныя книги печатнаго двора № 89, 197 года. Прибавленія къ твореніямъ св. отцевъ 1883 г. т. IV стр. 541.
[8]
Розыскныя дѣла о Ѳедорѣ Шакловитомъ и его сообщникахъ. Т. I. Дѣло о Сильвестрѣ Медведевѣ № XXVII. Показаніе Арсенія на допросѣ 24 сентября.
[9]
Ibidem. № ХХІХ. Показаніе пѣвчаго Лаврентія сентября 25.
[10]
По указанію Строева (библіологическій словарь), списокъ его находатся въ синодальной библіотекѣ между тетрадями № 449 въ 4’’ на 36 л. Это сочиненіе находится также въ сборникѣ импер. публ. библіотеки № 1245 изъ древлехранилища Погодина въ числѣ коллекціи Строева № 262).
[11]
Списокъ его, находится также въ синодальной библіотекѣ между тетрадями № 436 въ 4’’ на 710 — (Строева библіологическій словарь). Нынѣ находится вмѣстѣ съ непереплетенными сборниками патріаршей библіотеки, — въ приложеніи къ одному изъ нихъ. — Впослѣдствіи на допросѣ 24 сентября 1689 г. Медвѣдевъ говорилъ, что эту книгу онъ написалъ по указу царицы Софіи Алексѣевны и «поднесъ тому второй годъ». — Розыскныя дѣла о Ѳедорѣ Шакловитомъ. Томъ I. Дѣло о Сильвестрѣ Медвѣдевѣ № ХХV.
[12]
Кромѣ того, какъ открывается изъ слѣдственнаго дѣла о Медвѣдевѣ, противъ Лихудовъ написалъ какія-то театради «дьячекъ Аѳонасей, что былъ у Спаса на дворцѣ». Розыскныя дѣла о Ѳедорѣ Шакловитомъ и его сообщникахъ. Т. I. Дѣло о Сильвестрѣ Медвѣдевѣ № XXV. Показаніе Сильвестра Медвѣдева 24 сентября. — Въ император. публичной библіотекѣ въ томъ же сборникѣ (№ 1245 лл. 88-104), гдѣ и «Извѣстіе истинное» Медвѣдева, находится еще одно сочиненіе, относящееся къ вопросу о пресуществленіи св. Даровъ въ таинствѣ Евхаристіи — «Обличеніе на новопотаенныхъ волковъ, ходящихъ въ одеждахъ овчихъ, внутрь же суть волци и хищници, кои матери нашея святыя церкви православнымъ чадомъ многія пакости душевредныя лукавствомъ своимъ наводятъ». Сочиненіе это написано приверженцомъ латинскаго мнѣнія о времени пресуществленія св. Даровъ въ таинствѣ Евхаристіи и написано, кажется, противъ сочиненія Лихудовъ «Акосъ или врачеваніе...» Наши библіографы приписываютъ Медвѣдеву еще одно сочиненіе съ заглавіемъ, даннымъ монахомъ Евфиміемъ: «Неистовнобреханіе на святую восточную церковь въ лицѣ и имени учителей православныхъ — Іоанникія и Софронія Лихудіевъ пренеистоваго нѣкоего безимянника». Но мы, основываясь на его содержаніи и слогѣ, сильно сомнѣваемся въ принадлежности этого сочиненія Медвѣдеву и за отсутствіемъ прямыхъ свидѣтельствъ или указаній не осмѣливаемся приписать его Медвѣдеву. — Филаретъ Черниговскій (Обзоръ духовной литературы, изд. 3) приписываетъ Медвѣдеву сочиненіе «Тетрадь на Іоанникія и Софронія Лихудовъ и списокъ этого сочиненія указываетъ въ рукописи москов. патріаршей библіотеки № 346 (по описанію Горскаго и Невоструева — 310). — Въ «Обзорѣ» опечатка вм. № 346 напечатано — 546, потому что въ послѣдней рукописи содержится одинъ только «Остенъ», см. описаніе рукописей отд. II часть 3, №№ 292 и 310). Но здѣсь этого сочиненія Медвѣдева нѣтъ, а есть «неистовнобреханіе». Ergo не одно-ли и то же это сочиненіе съ двумя только заглавіями? Въ каталогѣ россійскихъ рукописныхъ книгъ, находящихся «въ библіотекѣ новгородскаго Софійскаго собора» (изданіе Общества древней письменности № XII за 1881 г. стр. 8) подъ № ХХVII значится — «книга сборная, содержащая хлѣбъ животный Медвѣдева, Акосъ Лихудовъ и изъятіе сокращенное писанное на сію книгу Лихудовъ... Но и этой рукописи въ числѣ рукоп. новг. Соф. собора, находящихся нынѣ въ библіотекѣ Спб. дух. академіи, не оказалось. — Строевъ въ библіологическомъ словарѣ въ числѣ сочиненій Медвѣдева не указываетъ ни «тетради…», ни «неистовнобреханіе...».
[13]
Розыскныя дѣла о Ѳедорѣ Шакловатомъ и его сообщникахъ, т. I. Дѣло о Сильвестрѣ Медвѣдевѣ № XXIX — показаніе его 25 сентября.
[14]
Ibidem. № XXV показаніе Сильвестра Медвѣдева 24 сентября.
[15]
Сообщники хотѣли, какъ извѣстно, провозгласить царицей и короновать царевну Софью. Препятствія отъ патріарха они не боялись, потому что, какъ говорилъ одинъ изъ соучастниковъ Микитка Гладкой, «на патріарха стоило только закричать и онъ отъ страха мѣста не найдетъ». Розыскныя дѣла о Ѳедорѣ Шакловитомъ, т. I. Дѣло о Сильвестрѣ Медвѣдевѣ № ХLIII, стр. 620.
[16]
Ibidem. № XXV показаніе Сильвестра Медвѣдева на допросѣ 24 сентября.
[17]
Ibidem.
[18]
Ibidem. т. I, стр. 829.
[19]
Ibidem. т. I, стр. 715.
[20]
Казнены смертію дѣйствительно были трое, если не считать Шакловитаго, — Обраска Петровъ, Куземка Чермной и Медвѣдевъ. Розыскныя дѣла о Ѳедорѣ Шакловитомъ, см. въ концѣ списокъ казненныхъ.
[21]
Напечатано въ «Остенъ» и въ «Чтеніяхъ общества исторіи и древностей россійскихъ» 1871 года.
[22]
Акты историческіе, т. V, стр. 339. Когда казнили Медвѣдева, мы не знаемъ. Въ «Остенѣ» читаемъ: «за многая бо злодѣйственная своя умышленія главоусѣченъ бысть въ лѣто 7198 (1690) въ 11 день. Между тѣмъ 14 января 1691 года онъ еще былъ живъ. Этого числа къ нему былъ посланъ дьякъ Иванъ Ѳедоровъ разспросить по ссыскному дѣлу. См. розыскныя дѣла о Ѳедорѣ Шакловитомъ, т. I. Въ собраніи разныхъ записокъ и сочиненій, изд. Ѳ. Туманскимъ (Спб. 1787 г.), на послѣдней страницѣ говорится, что въ 200 г «казненъ на площади вѣдомой воръ и единомышленникъ Хованскому чернецъ Сильвестръ Медвѣдевъ да проповѣдникъ Васька Иконникъ, такъ же и иные товарищи ихъ». Въ обзорѣ духовной литературы (изд. 3), преосв. Филарета говорится, что Медвѣдевъ казненъ въ 1691 г.
[23]
Строевъ и достопочтенный Д. Н. Майковъ. — Впрочемъ послѣднему это сочиненіе было извѣстно не какъ сочиненіе Медвѣдева, а какъ сочиненіе «одного изъ духовныхъ лицъ малороссіанъ», принимавшаго участіе въ полемикѣ о пресуществленіи св. Даровъ въ таинствѣ Евхаристіи. См. его предложеніе въ засѣданіи археографич. коммиссіи 10 мая 1877 г. издать всѣ полемическія сочиненія по этому вопросу, появившіяся у насъ на Руси въ XVII столѣтіи. Лѣтопись занятій археографической коммиссіи, т. VII, 105.
[24]
Библіологическiй словарь Строева подъ словомъ Сильвестръ Медвѣдевъ.
[25]
Ibidem.
[26]
Описаніе славянскихъ рукописей московской синодальной библіотеки А. В. Горскаго и К. И. Невоструева т. III, стр. 444-445.
[27]
Жизнь и труды Строева стр. 257-258.
[28]
И даже печатно было заявлено о семъ Бодянскимъ въ Чтеніяхъ о. ис. и др. въ замѣткѣ по поводу описанія рукописей Воскресенскаго (Новый Іерусалимъ) монастыря, состав. о. архим. Леонидомъ.
[29]
«Христіанское Чтеніе» 1860 г. т. II, стр. 483.
[30]
Не дурной иллюстраціей къ факту «разбора и приведенія въ порядокъ бумагъ, находившихся въ сундукѣ въ патріаршей библіотекѣ», можетъ служить одно письмо митрополита московскаго Филарета къ А. Н. Муравьеву съ замѣткою послѣдняго. Въ 1852 г. митрополитъ Филаретъ пишетъ А. Н. Муравьеву: «невѣроятно мнѣ, чтобы ризничій (іеромонахъ Порѳирій) подарилъ Строеву сундукъ хранившихся при ризницѣ, хотя не вошедшихъ въ опись, бумагъ. Что довѣрчиво далъ разобрать ихъ, это могло быть». Муравьевъ въ поясненіе этихъ словъ пишетъ: «извѣстный археологъ Строевъ, будучи коротко знакомъ съ ризничимъ синодальной библіотеки въ Москвѣ, сколько мнѣ извѣстно, получилъ отъ него сундукъ въ полное его распоряженіе со свитками старыхъ дѣлъ, которыя не почитали нужными». Строевъ очень любезно воспользовался довѣріемъ о. ризничаго и, вѣроятно, не мало отобралъ себѣ рукописей, въ томъ числѣ и нашу. A propos. Такъ называемые непереплетенные сборники патріаршей библіотеки составлены въ 30-хъ годахъ изъ тѣхъ тетрадей, которыя находились въ сундукѣ. Всѣхъ сборниковъ 8. Остальныя бумаги, находившіяся въ сундукѣ и оставшіяся доселѣ въ патріаршей библіотекѣ, размѣщены подъ различными рубриками писемъ, жалованныхъ грамотъ, слѣдственныхъ дѣлъ и пр. Всѣ они, равно какъ содержаніе и непереплетенныхъ сборниковъ, кратко перечисляются въ предисловіи къ «указателю патріаршей библіотеки» архим. Саввы.
[31]
Это сочиненіе Медвѣдева совсѣмъ приготовлено нами для печати и при первомъ удобномъ случаѣ будетъ напечатано.
[32]
Изъ сохранившихся до нашего времени въ библіотекѣ моск. синодальной типографіи экземпляровъ греческихъ печатныхъ евхологіевъ это — есть самое старое изданіе. Кромѣ этого изданія въ библіотекѣ имѣются еще слѣдующія изданія евхологіевъ: 1) Εὐχολόγιον… τυπωϑέν δὲ παρὰ τῷ Ἀντωνίῳ τῷ Πινέλλῳ ἀναλώμασι τοῖς αὑ τοῦ ϰαὶ ἑπιμελῶς διορϑεϑεν παρὰ τοῦ ἔν ἱερομονὰχοις ελαχίστου Θεοϕάνους τοῦ ξεναϰίου ἐτει… αχιγ. Помѣтокъ никакихъ нѣтъ. Экземпляръ съ началомъ и концемъ. Въ концѣ вклеены 4 листочка, писанныхъ по-гречески, да въ середкѣ еще два находятся, въ нихъ упоминаются имена различныхъ князей и княженъ, Михаила Ѳедоровича и его дѣтей. 2) Εὐχολόγιον… τυπωϑὲν παρ Ιωάννου Πέτρῳ τῷ Πινέλλῳ ἀναλώμασι οῖς αὐτοῦ… ϰαὶ ἐπιμελῶς… Θεοϕιλάϰτου τοῦ Ιξανϕουρνάρου. Ἔτει αχλη. Въ чинѣ погребенія отмѣчены нѣкоторыя прошенія крестами стр. 109 об.- 114, 117 и 117 об., 118 об., 119 и 119 об. 3) Εὐχολόγιον… αχμβ. Надписей никакихъ нѣтъ; съ началомъ и концемъ. 4) Εὐχολόγιον… διορϑεϑεν δὲ μεταπλείστης ἐπιμελείας παρὰ Θεοϕιλάϰτου ἱερομονάχου τοῦ Ιξανϕουρνάρου, ἔν ἐτίησιν… αχμη. — съ началомъ и концемъ: надписей никакихъ нѣтъ. Въ началѣ приклеены 4 писанныхъ листка изъ посланія къ Колоссаямъ, въ концѣ — о сборѣ податей. 5) Другой экземпляръ этого же изданія, принадлежавшій іеродіакону Герману. Съ началомъ и концемъ; надписей никакихъ нѣтъ; въ концѣ приклеено нѣсколько листовъ изъ служебника кіевской печати. 6) Εὐχολόγιον… ἔν ἐτίησιν — 1666 года. На 1 л. «сія книга евхологіон взята после умершаго справщика іеромонаха Тимоѳеа, а в книгохранителную полату в правѣ напісана въ [7]207 году». На оборотѣ: «евхологій сирѣчь служебникъ іеромонаха Тімеѳеа». Съ началомъ и концемъ; замѣтокъ никакихъ на поляхъ нѣтъ. 7) Εὐχολόγιον… ἔν ἐτὶησι… αχπδ. На переплетѣ: «Евхологіон ростовскаго архіереа Димитріа». Замѣтокъ нѣтъ; съ началомъ и концемъ. 8) Εὐχολόγιον — 1692 г. Въ библіотекѣ значатся они подъ № 2619 старымъ и новыми 82, 83, 84, 85, 86, 87, 88, 89.
[33]
Ради благозвучія, мы буквы замѣнили числами, которыя (числа) онѣ (буквы) означаютъ.
[34]
Слова, не находящіяся въ евхологіи или на оборотъ въ служебникѣ, мы подчеркиваемъ.
[35]
Въ типографской библіотекѣ до нашего времени сохранились только два экземпляра служебника 1658 года одинъ съ незначительными корректурными поправками при печатаніи (№ 342), а другой (№ 341) съ слѣдующею надписью на 1 л.: «никтоже в церкви более вредитъ, яко иже, развращеннѣ живя, имя святыни или чинъ священства имать. Согрѣшающабо сего обличити никтоже дерзает и въ образѣ грѣх зѣло простирается, егда за благоговѣніе чина грѣшникъ почитается. Св. Григорій діалогъ к пастырнику». На поляхъ первыхъ листовъ другая надпись; «книга справщика іереа Нікифора Сѵмеонова». Надписи, указываемой Медвѣдевымъ, ни на томъ, ни на другомъ экземплярѣ служебника 1658 года нѣтъ; слѣд. экземпляръ служебника 1658 года съ этою надписью архим. Діонисія не сохранился до нашего времени.
[36]
Выписка этого увѣщанія продолжается до конца его: «неотступни до конца вѣка. Аминь. Далѣе приводится и другое «увѣщаніе о томъ же», начинающееся словами: «нехощемъ невѣдѣти о семъ…, все сполна вплоть до конца его... в животъ. Аминь».
[37]
По печатному изданію братства св. Петра митрополита М. 1881 г. листы 15 об.- 16 и 6 об.- 7 об.
[38]
Изъ этой второй части мы считаемъ нужнымъ отмѣтить еще только одно замѣчаніе Медвѣдева, брошенное имъ вскользь. Именно въ одномъ мѣстѣ онъ говоритъ, что не много раньше подачи (а это было на второй недѣлѣ Великаго поста 7196 года) Лихудами царевнѣ и царямъ сочаненія (вѣроятнѣе всего Акоса) «ихъ же совѣтомъ изданы въ міръ тетрати о пресуществленіи и что возобличителная ему» (этому сочиненію) Медвѣдевъ напишетъ, если прикажутъ «ему Государи цари и Государыня царевна, подобно тому, какъ и на первыя ихъ лжею исполненныя тетрати возобличителную книгу написахъ». Изъ указанія Строева (библіологическій словарь) извѣстно, что дѣйствительно эти «тетради», не много раньше появленія на свѣтъ Акоса пущенныя, существовали; онѣ были написаны отъ неизвѣстнаго лица и тайно въ россійскій народъ пущены, а Сильвестру Медвѣдеву были доставлены черниговскимъ протопопомъ Іоанномъ въ ноябрѣ 7196 года; — оттуда же извѣстно также, что «возобличителная имъ» или «праведный отвѣтъ» Медвѣдевъ написалъ. Интересно знать, какія это разумѣются первыя тетради Лихудовъ, на которыя Сильвестръ Медвѣдевъ написалъ возобличительную книгу и что это за возобличительная книга? Сочиненіе Лихудовъ «Діалоги грека учителя къ нѣкоему іисуиту» («мечецъ духовный» — тожъ) здѣсь не могутъ быть подразумѣваемы, такъ какъ это сочиненіе Лихудовъ, по словамъ Горскаго и Невоструева (описаніе синод. библіотеки отд. II, т. 3 стр. 476), написано послѣ сочиненія Лихудовъ же «Акосъ», на которое въ «Діалогахъ сдѣлана ссылка. И такъ какое же здѣсь разумѣется сочиненіе Лихудовъ и какое сочиненіе Медвѣдева?

Печатается по изданiю: С. А. Бѣлокуровъ. Сильвестръ Медвѣдевъ объ исправленіи богослужебныхъ книгъ при патріархахъ Никонѣ и Іоакимѣ. // Журналъ «Христiанское чтенiе, издаваемое при Санктпетербургской Духовной Академiи». – 1885 г. – Часть II. – с. 691-727.

Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0